После пяти лет переговоров по соглашению о Транстихоокеанском партнерстве документ наконец был подписан, однако теперь в его отношении начались активные дебаты в Конгрессе. Не менее оживленные споры возникли в связи с недавним индидентом в Афганистане, в которых Белый дом пытается максимально сохранить лицо на фоне набирающей популярности идеи о продлении сроков вывода американских войск из этой страны. Параллельно с этим, по прошествии года после введения санкций против России в американских экспертных кругах возникли обсуждения о судьбе санкционной политики.
ПРЕМИУМ
9 октября 2015 | 13:52

Дайджест внешней политики США за неделю (2-8 октября)

1. С завершением пятилетних переговоров по ТТП начались дебаты внутри США, где Конгресс, несмотря на предоставление президенту полномочий в области торговли, готовится внимательно изучить каждое слово текста соглашения и только потом вынести окончательный вердикт. Администрация, тем временем, смыкает ряды, готовясь встретить оппонентов во всеоружии.

2. Пока руководство США пытается с наименьшими для себя потерями выйти из ситуации вокруг бомбардировки госпиталя организации «Врачи без границ», в Вашингтоне набирает популярность мнение о необходимости продления сроков вывода американских войск из Афганистана.

3. По мере стабилизации ситуации на востоке Украины встает вопрос о будущем антироссийских санкций. Опубликованный на этой неделе доклад Центра стратегических и международных исследований «Год антироссийских санкций – что теперь?» призывает не ослаблять давления, но более реалистично подходить к определению результатов, которых этими санкциями можно добиться.

 

Транстихоокеанское партнерство

Заключение договора о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП), безусловно, стало хорошей новостью для Белого дома. В понедельник Барак Обама не только получил еще одну запись в список своих достижений, не только вдохнул жизнь в, казалось бы, всеми забытую политику «азиатского разворота», но, что не менее важно, на ближайшие полгода отвлек внимание Конгресса, который, заскучав после дебатов по «иранской сделке», принялся за «разбор» политики США на Ближнем Востоке.

Своеобразной репетицией предстоящей схватки было голосование по предоставлению президенту торговых полномочий, в которой Барак Обама, находящийся в шаге от провала, все-таки одержал верх. Однако это еще не означает, что судьба ТТП предрешена.

Согласно процедуре, у Конгресса есть 90 дней, прежде чем президент имеет право поставить свою подпись под договором. Как минимум 60 дней из этого периода текст должен быть публичным. После этого договор отправится в Комиссию по международной торговле (US International Trade Commission), которая по истечении 105 дней должна предоставить подробный доклад о влиянии договора на экономику США. По словам представителей Белого дома, не раньше чем в апреле следующего года состоится само голосование, в котором президенту достаточно заручиться поддержкой простого большинства голосов, при этом законодатели не имеют права вносить поправки или же использовать уловки для срыва голосования (например, заниматься ставшим в последнее время популярным флибустьерством). За полгода в американской внутриполитической жизни могут произойти значительные изменения, особенно в разгар предвыборной кампании и пертурбаций в верхушке Республиканской партии.

Принято считать, что демократы, за небольшим исключением, выступают против всеобъемлющих торговых договоров: в июне, например, президента поддержали лишь 28 из 188 демократов в Палате представителей. Обратная ситуация наблюдается в Республиканской партии: в оппозиции ТТП оказалась небольшая группа крайне правого крыла, которая автоматически говорит «нет» любому начинанию президента-демократа.

Опасность заключается в том, что за последние три месяца силу набирали две параллельные тенденции: смещение влево демократов и усиление влияния республиканской «чайной партии».

Первое произошло под влиянием роста популярности самопровозглашенного «социалиста» кандидата в президенты Берни Сандерса. Желая привлечь на свою сторону часть его электората, Хилари Клинтон была вынуждена на этой неделе выступить против ТТП, несмотря на то, что в свою бытность госсекретарем она активно работала над его заключением. Таким образом, она сделала окончательный выбор в пользу разрыва с администрацией, которая в ожидании решения от Джо Байдена (должно произойти со дня на день), не торопится поддерживать Клинтон. Проявление данной тенденции заметно и по высказываниям рядовых членов партии, которые, как и Клинтон, вынуждены соответствовать настроениям американцев. Так, например, один из ярых сторонников торговой политики администрации сенатор из Орегона демократ Рон Уайден осторожно заметил:

«Теперь настало время для Конгресса и общественности внимательно изучить детали ТТП и решить, действительно ли он будет способствовать продвижению национальных интересов».

С другой стороны, представители республиканской верхушки, претендующие на должность следующего спикера Палаты представителей, делают реверансы в сторону «чайной партии», чтобы если не заручиться их поддержкой, то хотя бы представить себя в качестве человека, способного уладить внутрипартийные противоречия. Показательной в этом плане является «оговорка» основного претендента на этот пост Кевина Маккарти, который в стремлении привлечь крайне правое крыло партии назвал Комитет по Бенгази «основным оружием» в борьбе с Хилари Клинтон. Данное высказывание тут же было подхвачено ее командой, которая за несколько дней подготовила видеоролик, где обвинила республиканцев в использовании трагедии для политических целей.

Не наблюдается единодушия и среди соперников за номинацию от партии. Если Джеб Буш и Марко Рубио последовательно поддерживали ТТП, то Бен Карсон выступил против ограничения роли Конгресса в разработке соглашения, Майк Хакаби и Карли Фиорина осудили «обстановку секретности», в которой проходили переговоры, а Дональд Трамп, оставаясь верным себе, назвал ТТП «ужасной сделкой», а Барака Обаму – ужасным переговорщиком.

Между тем, администрация, не дожидаясь нападок, сразу перешла в наступление. Уже в первом своем заявлении по ТТП, президент подчеркнул:

«У Конгресса и американских граждан будут месяцы, чтобы прочитать каждое слово, прежде чем я поставлю под ними свою подпись. Тем временем, я готов работать с законодателями из обеих партий».

Готовится к схватке и Госдепартамент. В понедельник пресс-секретарь предупредил:

«Как только мы получим окончательный текст и опубликуем его, мы собираемся предоставить свои аргументы Конгрессу, чтобы заручиться его поддержкой. Как и в случае с Ираном, тот факт, (что некоторые уже выразили настороженность), не означает, что мы не будем продолжать давление, напротив, мы встретим этот вызов во всеоружии. Мы глубоко убеждены, что это хорошее соглашение, и мы собираемся его отстаивать».

Если в случае с соглашением по иранской ядерной программе в команду «Обама» входил министр энергетики Эрнест Мониз, то теперь настал черед торгового представителя (министра торговли) Майкла Фромана. Несмотря на то, что он уже предупредил, что его «роль состоит в том, чтобы заключить соглашение и объяснить его общественности», а «политическими вопросами пусть занимается кто-нибудь другой», ему в ближайшие полгода, скорее всего, предстоит стать частым посетителем Капитолийского холма.

Афганистан

Если новости из Азиатско-Тихоокеанского региона приблизили Барака Обаму к выполнению своих обещаний, то события в другой части земного шара, напротив, сделали эти обещания практически несбыточными. На этот раз проблемы возникли в Афганистане, где в субботу американские ВВС в течение часа наносили множественные удары в районе госпиталя организации «Врачи без границ», в результате чего 22 человека погибли и 38 были ранены.

В понедельник Пентагон постарался переложить вину на афганские силы безопасности. Командующий войсками США в Афганистане Джон Кэмпбелл заявил:

«Теперь нам стало известно, что 3 октября афганские войска сообщили, что находятся под обстрелом со стороны вражеских позиций, и запросили поддержку с воздуха. Тогда была инициирована атака с воздуха для уничтожения угрозы Талибана, что по ошибке привело к смерти нескольких гражданских лиц».

Тем не менее, после незамедлительно последовавшей критики со стороны СМИ и неправительственных гуманитарных организаций, в том числе и «Врачей без границ», которая назвала произошедшее «военным преступлением», Кэмпбелл, выступая перед сенатским Комитетом по вооруженным силам, «уточнил» данную позицию:

«Чтобы ни у кого не оставалось сомнений, я заявляю: решение предоставить поддержку с воздуха принималось Соединенными Штатами, американским военным руководством. Госпиталь попал под удар по ошибке. Мы бы никогда не стали наносить удары по защищенному медицинскому учреждению».

После столь откровенного признания Барак Обама, до сих пор молчавший, принес публичные извинения организации «Врачи без границ». Пресс-служба Белого дома прокомментировала:

«Когда Соединенные Штаты совершают ошибку, мы ее признаем. (Президент) получил достаточно сведений, чтобы прийти к выводу, что уместным с его стороны было бы принести извинения и пообещать провести подробное расследование того, что действительно произошло».

Ни публичные извинения (что в Вашингтоне случается крайне редко), ни обещания разобраться (для чего было учреждено сразу три расследования), ни заверения в том, что должные меры будут приняты (официальные лица были крайне осторожны, обходя стороной вопрос о наказании виновных) не удовлетворили организацию, которая потребовала независимого расследования на международном уровне. В США, тем не менее, к данным призывам отнеслись прохладно: не отказываясь, но и не выражая согласия.

Данный инцидент не только поставил под сомнение право США обвинять другие страны в невнимании к жертвам среди мирного населения (например, в отношении действий России в Сирии, а ранее – действий израильской армии), но и продемонстрировал их нежелание предоставлять «мировому сообществу» право судить.

Более того, после данного инцидента – в купе с успехами Талибана в Кундузе - в Вашингтоне с новой силой зазвучали голоса военных, призывающих президента отказаться от планов по выводу войск из Афганистана. События в Ираке уже вынудили Барака Обаму внести коррективы: год назад было объявлено, что американское военное присутствие в стране будет временно сохранено на уровне 9800 человек для «обучения и поддержки афганских войск в проведении антитеррористических операций». К концу 2015 года планировалось сократить американское присутствие до 5000 человек, а еще через год (когда Барак Обама покинет Белый дом) – до 1000, преимущественно для охраны американского посольства в Кабуле.

Помимо генерала Кэмпбелла, порекомендовавшего отказаться от данных планов, с подобным комментарием выступил и министр обороны Эш Картер. В четверг он обратился к союзникам по НАТО, попросив их «оставаться открытыми к возможной перспективе внесения корректив».

«Я думаю, ни для кого не секрет, что нам необходимо провести анализ сложившейся ситуации. Некоторые страны сегодня уже обозначили свое желание изменить собственные планы и позицию по данному вопросу».

Сейчас слово за Белым домом. Барак Обама может отказаться от своих обещаний и последовать советам военных, чтобы постараться завершить «самую длинную войну в истории США» победой над Талибаном (если это возможно), либо вывести войска, поставив галочку в своей повестке дня, однако добавив проблем следующему президенту.

«Год антироссийских санкций – что теперь?»

Когда на востоке Украины наметилось относительное спокойствие, а Минские соглашения, как отметила канцлер ФРГ Ангела Меркель, хоть и медленно, но выполняются, настало время задуматься о будущем санкций против России. Именно этому вопросу был посвящен опубликованный 1 октября доклад Центра стратегических и международных исследований под названием «Год антироссийских санкций – что теперь?» (A Year of Sanctions against Russia—Now What?). Его автор, приглашенный научный сотрудник Европейской программы Центра, Симон де Галберт изучил влияние санкций на поведение России, а также предложил рекомендации по дальнейшим действиям трансатлантических партнеров в данном направлении.

Эксперт приходит к выводу, что санкции имели негативное влияние на российскую экономику, однако делает оговорку, что «масштабы этого влияния трудно оценить на фоне падения цен на нефть и неудовлетворительных результатов экономической политики последних лет».

Кроме этого, он признает, что, с одной стороны, санкции больно ударили по экономике стран ЕС, а с другой – не привели к изменениям российской стратегии «по использованию вооруженных сил для дестабилизации Украины и сохранению влияния на определение развития страны в будущем».

Тем не менее, по мнению Галберта, именно санкции подтолкнули Россию к тому, чтобы сесть за стол переговоров и, если не изменить свою позицию, то хотя бы начать обсуждение возможных вариантов выхода из ситуации. Поэтому, заключает эксперт, Запад должен не только продолжать санкционное давление на Москву, но и быть готовым усилить его при первом признаке срыва перемирия. Однако он предупреждает, что цели при этом должны быть реалистичными:

«Санкции не могут являться ответом на поведение России за рамками Украины. Следовательно, не следует ожидать, что с помощью санкций можно повлиять на растущую уверенность России на международной арене, особенно в глазах НАТО, а также сдержать ее попытки проверить решимость НАТО по защите своих восточных партнеров».

Также эксперт признает, что европейских партнеров США может быть трудно убедить не снимать санкции, а лучшим аргументом для них может стать успешность реформ, проводимых украинским правительством. Потому, по его мнению, необходимо усилить «поддержку» Киеву в данном направлении. Наконец, Гилберт заключает, что снятие санкций не приведет автоматически к потеплению отношений:

«Украинский кризис является одним из симптомов более широкого и структурного изменения логики отношений между трансатлантическим сообществом и Россией. Кризис на Украине будет разрешен (хоть и маловероятно, что это случится в ближайшем будущем), что позволит, в свою очередь, снять санкции. Это, само по себе, не приведет к восстановлению взаимодействия России с Европой и США до того уровня, на котором оно было до событий на Украине, поскольку эволюция настроений внутри России нанесла ущерб духу сотрудничества, характерному для этих отношений после окончания "холодной войны"».

Необходимо отметить, что некоторые эксперты настроены в этом отношении более позитивно. Например, президент независимой компании по исследованию рынка «Бреттон Вудз Ресерч» в Лонг-Вэлли, штат Нью-Джерси, Владимир Синьорелли, отметил:

«В пятницу поступили сообщения из России, что (канцлер Германии Ангела) Меркель, в сущности, признала, что Крым останется российским. И хотя каких-либо подтверждений этого на Западе я не увидел, в соглашениях Минск-2 вопрос Крыма не затрагивался. Поэтому если для снятия санкций требуется лишь соблюдение условий договоренностей Минск-2, и если учесть недовольство санкциями среди населения Европы, я бы не удивился, если бы усилилось давление против продления санкций в январе. По оптимистическим расчетам, не исключено, что санкционный режим будет отменен к марту, и уж точно — к июню 2016 года. А поскольку рынки всегда ориентированы на будущее, и этот оптимистический сценарий все больше кажется вероятным, нужно готовиться к этому уже сейчас».

Стивен Коэн, профессор Принстонского и Нью-йоркского университетов, в свою очередь, предупреждает, что украинское руководство, предвидя подобную логику в европейских политических кругах, может сознательно пойти на эскалацию ситуации на востоке страны, чтобы не допустить снятия санкций.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

9 января 2017 | 16:39

Дайджест внешней политики США (23 декабря – 5 января)

Решение Администрации Обамы не блокировать «антиизраильскую» резолюцию СБ ООН вызвало в Вашингтоне волну недовольства, направленную в адрес Белого Дома и самой ООН. Предпринятый администрацией Обамы комплекс карательных мер в адрес России вызвал в США смешанную реакцию. С официальным открытием новой сессии Конгресса демократическое меньшинство в обеих палатах начало строить планы по противодействию республиканцам.

3 мая 2014 | 08:00

Кризис новой восточной политики Германии

Германия стоит на пороге европейской гегемонии, но её неспособность направлять европейскую политику даже на отдельно взятом направлении - Восточном - говорит о многом. Прежде всего о том, что сама внешняя и оборонная политика ЕС непоследовательна и лишена стратегического видения.

21 апреля 2014 | 12:46

Международное положение Баку и интересы азербайджанских элит

В отличии от Украины, Грузии и Молдовы вопрос о создании зоны свободной торговли с ЕС не рассматривался в Баку. Азербайджан стремится проводить многовекторную политику и балансирует интересы соседей и стран Запада. Баку удавалось успешно осуществлять этот курс с начала 2000-х годов.

2 сентября 2014 | 07:00

Киев не примет рекомендации "группы Бойсто" по преодолению кризиса

У украинской гражданской войны нет военного решения. Сторонам придется решать свои проблемы за столом переговоров. Главная проблема в том, какова будет повестка дня этих переговоров.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
23 января 2015 | 18:00
20 января 2015 | 15:00
28 декабря 2014 | 00:33
26 декабря 2014 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
17 декабря 2014 | 20:00
12 декабря 2014 | 14:00
17 ноября 2014 | 09:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова