Ольга Ребро
Решение Трампа об «ограниченном» военном ответе на химатаку в Сирии вызвала всеобщее одобрение в США. Визиту Тиллерсона в Москву позволил дипломатам добиться ряда договоренностей. За американо-китайским саммитом, на котором Трамп пытался увязать торговые вопросы с решением северокорейской ядерной проблемы, а Си Цзиньпин – избежать резкого изменения статус-кво, последовала эскалация вокруг Корейского полуострова.
ПРЕМИУМ
14 апреля 2017 | 09:42

Дайджест внешней политики США (7 - 13 апреля)

3 У вас осталось просмотра
Увеличить количество просмотров

1. Решение Трампа об «ограниченном» военном ответе на химатаку в Сирии вызвала всеобщее одобрение среди законодателей, населения страны и «корпоративных» медиа. При этом американские эксперты, по-разному оценившие данные действия, сошлись на том, что подобные спонтанные решения в отсутствие стратегии могут иметь опасные последствия.

2. Визиту Тиллерсона в Москву предшествовали несколько дней ужесточения риторики в адрес Кремля, что, с одной стороны, не помешало дипломатам достичь ряда договоренностей, с другой – развернуло на 180 градусов информационный фон визита: теперь подвижки в двусторонних отношениях были расценены не как показатель «российских связей Трампа», а как уступки со стороны России.

3. За американо-китайским саммитом, на котором Дональд Трамп пытался увязать торговые вопросы с решением северокорейской ядерной проблемы, а Си Цзиньпин – избежать резкого изменения статус-кво, последовала эскалация вокруг Корейского полуострова на фоне угроз КНДР провести в ближайшее время очередные ядерные испытания.

Внутриполитическая реакция на удары по Сирии

Несмотря на нагнетание обстановки вокруг химатаки в сирийской провинции Идлиб, решение Трампа перейти от риторических угроз к действиям стало настоящим сюрпризом. В официальных заявлениях, плотность которых в следующие несколько дней после ударов стала беспрецедентной для текущей администрации, Вашингтон заверил, что предпринятые действия были направлены на предупреждение новых химатак со стороны сирийского режима в будущем. При этом подчеркивалось, что произошедшее было единоразовым событием, не означающим изменения стратегии на Ближнем Востоке, где по-прежнему главной целью остается борьба с терроризмом.

«Мы определили, что ограниченный военный ответ станет лучшим способом сдерживания, чтобы действия режима не повторились в будущем, - отметил 11 апреля глава Пентагона Джим Мэттис. – Как всегда, мы постарались снизить количество жертв среди гражданского населения при нанесении удара. Сегодня нашей основной целью в Сирии остается разгром ИГ. (Ответ на химатаку) является отдельным вопросом, который возник параллельно нашей кампании. В данном случае мы решили использовать силу. Но в остальном, наша кампания осталась без изменений».

Действия президента получили повсеместное одобрение конгрессменов. Из 100 сенаторов 79 положительно отозвались о решении Трампа, включая 30 демократов и 49 республиканцев, при этом 33 сенатора (1 демократ и 32 республиканца) заявили о «безоговорочной поддержке», а 46 – одобрили удар при условии, что он не перерастет в новую военную кампанию. 6 сенаторов категорически раскритиковали решение президента. Примечательно, что Берни Сандерс (дем., Вермонт) и Элизабет Уоррен (дем., Массачусетс), лидеры «прогрессивистского» крыла, выступающие за снижение роли США на международной арене, ограничились пространными заявлениями, не поддержав, но и не раскритиковав удары. С другой стороны, главные «ястребы» Вашингтона Джон Маккейн (респ., Аризона) и Линдси Грэм (респ., Южная Каролина) призвали не останавливаться и разгромить, как минимум, всю авиацию Асада.

Не смутил конгрессменов и юридический аспект проведенной операции. На отдельные возмущенные заявления законодателей о необходимости запроса разрешения Сената, администрация указала на вторую статью конституции, которая позволяет президенту совершать ограниченные военные операции для защиты от непосредственной угрозы. Поэтому не удивительно, что химатака в Сирии, хоть и не затрагивала напрямую США, была раздута до угрозы национальной безопасности. Вспыхнувшие было дебаты о получении новой «Авторизации на использование вооруженных сил» (AUMF) стихли в следующие несколько дней, когда стало понятно, что дальней эскалации пока не предвидится.

Менее однозначной оказалась реакция населения. Согласно опросу общественного мнения, проведенному «Хаффингтон Пост» и «ЮГов», 51% опрошенных поддержал действия администрации, а 32% высказались против (аналогичные цифры приводят другие опросы). В то время как 63% американцев считают, что США обязаны «сделать что-то» в Сирии, опрос показал, что молодежь называет ответ Трампа «слишком агрессивным». За более «мирный» ответ (например, размещение беженцев, работу в рамках ООН) выступили 40% самой молодой возрастной группы (среди старшего поколения так ответили лишь 8%). При этом рейтинг одобрения президента (устойчиво падающий со дня инаугурации) незначительно (на 1%) подскочил вверх (т.н. «эффект объединения под знаменами»).

Крупные «корпоративные» СМИ откликнулись на удары по Сирии довольно положительно. Из десяти газет с наибольшим тиражом восемь в той или иной степени выступили в защиту решения Трампа. Две, не давая оценок, сосредоточились на критике Трампа, упрекнув его в непостоянстве. При этом они на 180 градусов изменили свое мнение относительно сотрудничества Трампа с Москвой. На их фоне выделились правое новостное агентство «Брейтбарт» и «прогрессивистский» онлайн-портал «Ти-Уай-Ти» («The Young Turks»), которые единодушно осудили отказ от заявленного ранее принципа невмешательства. Так, первый обвинил президента в предательстве своей электоральной базы, а второй сокрушенно заметил, что пропала последняя причина хоть как-то мириться с президентством Трампа – его обещание разбираться с внутренними проблемами, а не с международными.

Американские эксперты, вне зависимости от их отношения к нанесенным ударам, указали на необходимость выработки четкой стратегии по Сирии.

«Хорошо, что (Трамп) решил действовать, - пишет Макс Бут, старший научный сотрудник Совета по международным отношениям, - но трудно представить, какие выводы будут сделаны о политике США в мире после такого решения. Похоже, что доктрина Трампа выглядит следующим образом: Соединенные Штаты сохраняют за собой право использовать вооруженные силы, когда президент расстроился от того, что он увидел по телевизору».

«Трамп и раньше изменял свое мнение по важным проблемам на Ближнем Востоке, - отмечает другой эксперт Совета Филип Гордон, занимавшийся в администрации Обамы сначала Европой и Евразией, а затем Ближним Востоком и северной Африкой. – Можно проследить определенную закономерность: (Трамп) готов горячо публично продвигать ту позицию, которая наиболее политически выгодна в конкретное время. При этом он отталкивается от своих узких краткосрочных интересов и не стесняется изменять ее на диаметрально противоположную. Такой подход был выгоден, когда ему не надо было нести ответственности за свои поступки. Но когда он стал верховным главнокомандующим, который только что отдал приказ американским вооруженным силам начать военную операцию, такой подход является крайне опасным».

«Правые политические силы, ожидаемо, аплодируют, превознося тот факт, что США наконец-то использовали свой статус гегемона, чтобы изменить военные и политические расчеты в отношении режима Асада, - заметила старший научный сотрудник Брукингского университета Бессма Момани. – Левые не столь оптимистичны, и указывают на то, что Белый дом и Госдепартамент плохо функционируют, а вокруг президента практически отсутствуют квалифицированные эксперты по отдельным регионам. Потенциальная катастрофа регионального масштаба, за которой, как домино, могут последовать новые, находится от нас на расстоянии одного неверного решения. Кто из них прав? Технически, и те, и другие. И от этого миру следовало бы насторожиться».

«Нанесенные удары послали один, очень важный сигнал как друзьям Америки, так и ее противникам, - подчеркивает старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований Энтони Кордсман. – Основное сообщение заключалось в том, что президент Дональд Трамп во время своего первого настоящего кризиса прислушался к советникам-экспертам, он доказал, что способен изменять свою позицию, выбрал пропорциональный ответ, эффективно сообщил о нем русским, чтобы избежать жертв, и действовал быстро. Он не отказался от действий и не отреагировал слишком резко. Теперь главный вопрос: что будет дальше? Как бы то ни было, что США не должны делать ни в коем случае, так это отказаться от действий в аналогичной ситуации в будущем, вернуться к позициям «терпения» Асада или пойти на уступки по данному вопросу в переговорах с Россией. При этом важно, чтобы президент Трамп сосредоточился на поиске настоящих способов сокращения страданий сирийского населения, а не только отвечал на хоть и реальную, но очень ограниченную, угрозу применения химического оружия».

Визит Тиллерсона в Москву

Несмотря на многочисленные сигналы Вашингтона о том, что удары по Сирии не привели к изменению общей стратегии борьбы с ИГ и, при возможности, намерению сотруничать в этом вопросе с Россией, риторика в адрес Москвы начала заметно ужесточаться.

Россию обвинили в сознательном «покрывании» химических атак, приписываемых режиму Асада. Впрочем, глава Пентагона тут же отметил, что американская разведка не располагает однозначными доказательствами на этот счет. Пресс-секретарь Белого дома сделал заявление в стиле одновременно «оси зла» Буша-мл. и «изоляции России» Обамы:

«Не может быть сомнения, что относительно данного вопроса Россия находится в изоляции. Она отстранилась от международного сообщества и оказалась в компании Северной Кореи, Сирии и Ирана. Это не та группа стран, в окружении которых хочется находиться. За исключением России, это все несостоявшиеся государства. Факты на нашей стороне. Действия в Сирии не имеют оправдания».

Госсекретарь за несколько часов до вылета в Москву фактически потребовал, чтобы Россия выбрала на какой «стороне истории» она хочет находиться:

«Я надеюсь, российское правительство придет к выводу, что они выбрали себе ненадежного партнера в лице Башара Асада. Неужели это тот союз, который послужит интересам России, или она предпочтет перейти на сторону США, других западных стран и стран Ближнего Востока, которые хотят разрешить сирийский кризис? Мы желаем смягчить страдания сирийского народа. Мы хотим создать стабильное и безопасное будущее Сирии. Поэтому Россия либо может стать частью этого будущего и сыграть важную роль, либо она может сохранить союз с этой группой (неблагонадежных акторов)».

Наконец, уже в день переговоров президенты обеих стран в один голос заметили, что двусторонние отношения находятся на исторически низком уровне.

На этом фоне Рекс Тиллерсон прибыл в Москву, где 12 апреля провел переговоры с российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым и встретился с президентом Владимиром Путиным. Учитывая, что, согласно риторике, отношения достигли дна, результаты визита оказались толчком от этого дна в нужном направлении.

Во-первых, было не только восстановлено действие меморандума о предотвращении инцидентов в Сирии, но и Тиллерсон отметил необходимость сотрудничества военных двух стран, к чему давно призывала Москва, но встречала отпор в лице Пентагона времен Обамы. Во-вторых, было решено создать рабочую группу, которая займется прояснением позиций двух стран по наиболее острым вопросам и сможет без эмоций выявить накопившиеся «раздражители в отношениях». Этот шаг вполне соответствует изначальным («до-ударным») планам Вашингтона, которые Тиллерсон озвучил еще во время слушаний в Сенате: прежде чем говорить о налаживании отношений, необходимо восстановить прерванные каналы диалога. Наконец, стороны согласились не соглашаться (на этот раз обошлось без ультиматумов) по спорным и резонансным, с точки зрения внутриполитической обстановки США, вопросам: вмешательству России в американские выборы и химичкой атаке в Сирии. Тиллерсон заявил, что правильность американской позиции не может подвергаться сомнению. Лавров отметил, что Москва не видела еще ни одного конкретного доказательства.

Трудно сказать, как прошли бы переговоры, если бы США не нанесли в четверг ракетные удары по Сирии, но, учитывая накаленную политическую обстановку в Вашингтоне, можно предположить, что любые сколько-нибудь положительные результаты встречи «старых друзей» были бы в штыки восприняты американскими СМИ и оппонентами Трампа. Теперь же информационный фон после визита оказался диаметрально противоположным: основное внимание было обращено на взаимные словесные выпады двух дипломатов («Лос-Анжелес Таймз»), холодный прием Тиллерсона, несмотря на давнее знакомство («Си-Эн-Эн»), невозможность налаживания отношений в будущем («Нью-Йорк Таймз»), а согласие Путина на встречу (не подтвержденную до последнего момента) и восстановление действия меморандума были интерпретированы как уступки со стороны Москвы («Вашингтон пост»).

Визит Си Цзиньпина в США

6-7 апреля состоялась одно из самых ожидаемых событий: Дональд Трамп принимал китайского лидера Си Цзиньпина во Флориде в «зимнем Белом доме» Мар-а-Лаго, превратившемся в место для более «неформальных» саммитов, в противоположность вашингтонскому Белому дому, отведенному для деловых встреч. Критика в адрес Китая, ставшая лейтмотивом избирательной кампании, по мере приближения саммита была сведена на нет. Этому во многом способствовали неофициальные шаги Пекина: были налажены контакты с ближайшим окружением президента (Иванкой и Джаредом Кушнером), а также состоялись встречи Трампа с крупными китайскими предпринимателями, пообещавшими помочь с созданием рабочих мест в США, в «краже» которых Трамп обвинял Пекин.

Саммит продолжил данную тенденцию и, несмотря на преподнесенный администрацией сюрприз (во время ужина в четверг Трамп сообщил китайским гостям, что отдал приказ нанести удары по Сирии), оба лидера остались довольны встречей. «Эти дни оказались довольно интересными, - отметил Трамп на пресс-конференции 12 апреля. – Президент Си хочет поступить правильно. Мы нашли общий язык. Мне показалось, мы друг другу понравились. Я считаю, он хочетпомочь нам с Северной Кореей. Мы говорили о торговле. Мы говорили о многих вещах».

Официальным результатом саммита стал запуск нового формата двусторонних переговоров – «Всеобъемлющего диалога между США и Китаем», который будет включать в себя четыре области: дипломатия и безопасность, экономика, поддержание правопорядка и кибербезопасность, социальная сфера и вопросы культуры. Однако, как стало позже понятно по заявлениям Трампа, основная дискуссия велась вокруг торговли и ядерной программы КНДР. При этом американская сторона попыталась увязать эти два вопроса: «Я объяснил президенту Китая, что параметры торгового соглашения с США будут более выгодными для них, если они решат проблему Северной Кореи», - гласило сообщение в президентском Твиттере. Си Цзиньпин, в свою очередь, не взял на себя никаких обязательств как в публичных заявлениях, так и, по сообщениям журналистов, в личных беседах.

В обоих вопросах на саммите стороны взяли паузу. В области торговли Вашингтон согласился с предложением Пекина о «100-дневном плане» по согласованию будущих торговых переговоров, отложив, таким образом, обещанное начало торговой войны как минимум на три месяца. Комментируя договоренности по КНДР, госсекретарь также отметил, что надо подождать:

«Прошла всего пара недель с тех пор, как мы объявили о нашей новой политике и обратились к правительству Китая с просьбой предпринять дополнительные меры. Мы ожидаем, что они это сделают. Они дали нам понять, что они это сделают. И, я считаю, мы должны дать им на это время».

Тем не менее, Вашингтон решил не просто ждать, а увеличить давление на Пекин. На фоне сообщений об активной подготовке КНДР к новым ядерным испытаниям (шестым по счету), США направили к берегам Корейского полуострова ударную группу ВМС США во главе с атомным авианосцем «Карл Винсон». Трамп сопроводил это решение воинственным заявлением: «Мы можем со всем разобраться сами. Это тоже нормально. Президент Си говорит, что хочет помочь. Но мы посмотрим, поможет он или нет». (Удар по Сирии явно прибавил веса этим словам.) В то время как официальные сообщения Пентагона и Госдепартамента пытаются снизить значение этого маневра, многие СМИ обратили внимание и на другой тревожный сигнал: генерал Винсент Брукс, командующий американскими войсками в Южной Корее, на этой неделе отказался от давно запланированного визита в Вашингтон.

На такие действия США Китай ответил стандартным призывом ко всем заинтересованным сторонам «проявить сдержанность и избегать действий, которые могут привести к эскалации ситуации».

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

1 апреля 2014 | 17:16

Шансы изоляционистов на президентских выборах США в 2016 году

К президентским выборам 2016 года изоляционизм может стать одной из главных идей в Америке. Обе партии учитывают изоляционистские настроения в обществе при выборе своего кандидата в президенты.

15 сентября 2017 | 10:26

Дайджест внешней политики США (8 - 14 сентября)

США согласились на смягчение новой резолюции СБ ООН в отношении КНДР, чтобы заручиться поддержкой России и Китая. В ответ на просьбу Кувейта к процессу урегулирования ситуации вокруг Катара на прошедшей неделе подключился лично Дональд Трамп. Демонстрируя решительный настрой в деле реформирования миграционной системы как международной, так и внутренней аудитории, администрация применила редко используемый инструмент «визовых санкций».

12 октября 2014 | 23:00

Сирийская оппозиция готовится к выборам президента переходного правительства

Вместо того, чтобы пытаться установить контакты с имеющимися оппозиционными формированиями или решить проблему единства хотя бы в своих рядах, претендующая на координирующую роль оппозиционных сил Коалиция занята далекими от сирийских реалий разговорами о демократическом будущем Сирии и кадровыми перестановками в Правительстве, фактически не имеющем никакого отношения к своей стране.

1 сентября 2017 | 10:54

Дайджест внешней политики США (25 - 31 августа)

Американские эксперты задались вопросом о влиянии урагана "Харви" на международные цены на нефть. Введенные против Венесуэлы финансовые санкции оказались более мягкими, чем ожидалось на фоне эскалации риторики американского руководства. Первый за 15 лет рабочий визит финского президента в Вашингтон для встречи с американским коллегой заставил экспертов искать причины столь неожиданного всплеска интереса к такой «маленькой и безобидной стране».

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
23 января 2015 | 18:00
20 января 2015 | 15:00
28 декабря 2014 | 00:33
26 декабря 2014 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
17 декабря 2014 | 20:00
12 декабря 2014 | 14:00
17 ноября 2014 | 09:00
Следующая Предыдущая

Оставьте свой e-mail для получения бесплатных материалов

 
Получить доступ к бесплатным материалам
Не показывать снова
Авторизация
Этот материал доступен для премиум-подписчиков.
Пожалуйста, войдите на сайт с помощью кнопки в правом верхнем углу.