Владимир Аватков
Правящей турецкой элите не выгоден сильный Ирак, она во многом заинтересована в расшатывании ситуации в сопредельных странах региона, прежде всего – в Сирии. Связано это со стремлением правящей верхушки Турции стать державой надрегионального уровня и воздействовать на формирование новых элит в близлежащих регионах. 
ПРЕМИУМ
15 сентября 2014 | 22:00

Причины терпимого отношения Турции к боевикам ИГ

Исламисты организации «Исламское государство» продолжают осуществлять карательные операции в Ираке и стремятся выйти за его пределы, угрожая перенести боевые действия в пограничные пространства и даже в такие отдаленные регионы, как российский Северный Кавказ. В этом контексте особо интересной представляется позиция Турции, которая имеет свои собственные интересы в регионе.

Турецкая Республика в последние годы ведет проактивную внешнюю политику, формируя за счет инструментов «мягкой силы» свои собственные рычаги воздействия на сопредельные страны. Во время «арабской весны» Турция стремилась быть во главе процессов давления на Сирию, очевидно надеясь, что сирийский режим будет свержен так же быстро, как и режимы в Тунисе, Ливии и Египте, охваченных протестами ранее. Жесткая позиция России заморозила процесс изгнания Башара Асада, но не остановила его. Боевики ИГ в Сирии продолжают действовать – и, как отмечают оппозиционные турецкие СМИ, не без поддержки Анкары.

В этой связи стоит, прежде всего, обратить внимание на скрытый смысл изначального названия организации «Исламского государства» – «Исламское государство Ирака и Леванта». Интересным представляется тот факт, что слово «Левант», обозначаемое по-турецки в том числе термином Bilâdü'ş-Şâm, содержит в себе слово Şam, которое только с турецкого языка переводится как Дамаск – столица Сирии. В таком контексте можно прийти к целому ряду выводов, один из которых своим вопросом к официальной Анкаре обозначил депутат от оппозиционной Партии Национального Движения Лютфю Тюрккан:

«Ни в каком другом языке слово Şam не применяется для обозначения столицы Дамаска. Есть ли у вас данные, кто же тогда отец названия Организации?»

В свою очередь, Ахмет Давутоглу, будучи еще министром иностранных дел, в августе 2014 года в прямом эфире телеканала NTV подчеркнуто избегал применения слова «террористы» в отношении ИГИЛ и заявил:

«Те, кто утверждает, что ИГИЛ получает поддержку из Турции, – слепцы или предатели».

Он также отметил:

«Вокруг нас круг огня. Турция копит силы внутри себя. Многие круги хотят ввергнуть Турцию в хаос, но наша внутренняя рефлексия очень сильна. В такой критический период абсолютно нелогичными выглядят провокационные сообщения, например, об отношениях Турции и ИГИЛ; нам нужно быть стойкими и бдительными в отношении подходов, которые абсолютно безосновательно подразумевают попытки сделать частью проблемы Турецкую Республику».

Ахмет Давутоглу особо отметил, что ИГИЛ может выглядеть как террористическая структура, но среди ее членов есть турки, арабы, курды; их неудовлетворенность и гнев породили широкую реакцию на большом фронте. В то же время, Давутоглу призвал обвиняющих Турцию в связях с ИГИЛ представить документы в подтверждение своих слов, в противном случае предложил расценивать все подобные заявления как «медийную операцию». Министр заявил:

«ИГИЛ – гневная угроза, но не нужно забывать о сути дела».

На косвенную связь Турции с «Исламским государством» указывает и позиция Республики на недавнем саммите в Джидде (Саудовская Аравия), в котором приняли участие США, Турция, страны Персидского залива, Египет, Иордания, Ливан и Ирак. По итогам встречи все представители, кроме Турции, подписали декларацию, в которой значится:

«Страны-участницы достигли договоренности в разноплановом участии в параллельной военной операции против ИГИЛ в случае согласования ее необходимости».

Очевидно, что правящей турецкой элите не выгоден сильный Ирак, она во многом заинтересована в расшатывании ситуации в сопредельных странах региона, прежде всего – в Сирии. Связано это со стремлением правящей верхушки Турции стать державой надрегионального уровня, воздействовать на формирование новых элит в близлежащих регионах. Рэджеп Тайип Эрдоган особо подчеркнул, что у Турции есть свои особые взгляды на происходящее и американская позиция по ИГ Анкаре не подходит.

Судя по всему, после прошедших президентских выборов в Турции у команды Рэджепа Эрдогана появилась уверенность в своих силах. Мировые амбиции правящей элиты будут только возрастать в краткосрочной перспективе, за чем с большим вниманием следят из США – как турецкие недруги Эрдогана, так и официальный Вашингтон.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

25 декабря 2014 | 22:01

Первые шаги Дональда Туска на посту главы Евросовета

В беседах с прессой Туск заявил, что будет стараться сохранять равновесие в отношениях ЕС с восточными и южными соседями. Несмотря на то, что Варшава пытается привлечь больше внимания Брюсселя к вопросам восточных соседей, бывший премьер министр Польши понимает, что его новый пост требует умения балансировать интересы всех членов Евросоюза – как в плане бюджета, так и внешней политики.

4 января 2018 | 11:55

Тяжелый год для Саудовской Аравии

Ситуация вокруг и внутри Саудовской Аравии продолжает накаляться, а молодой наследный принц Муххамад бин Сальман, в чьих руках сконцентрированы важнейшие внутри- и внешнеполитические полномочия, делает просчет за просчетом. Отсюда – временное ослабление региональных позиций Эр-Рияда, которое рискует затянуться и усугубиться кризисом борьбы за власть.

1 октября 2014 | 16:16

Результаты международной контртеррористической операции в Сирии

Расширенная с Ирака на Сирию контреррористическая кампания США на сегодня имеет лишь имиджевый эффект. При этом разрозненная и слабая сирийская оппозиция, которая должна была стать надежной и лояльной опорой выступающих за свержение Асада «Друзей Сирии», продолжая слабеть, частично оборачивается против своих спонсоров. Более того, очевидно, что борьба с ИГ и восстановление безопасности в стране является непременным условием для урегулирования политического кризиса. Однако в сегодняшних условиях сложно представить, какой-либо успешный исход этого урегулирования с учетом того, что непосредственно вовлеченные во внутрисирийский конфликт внешние силы не заинтересованы в политическом решении кризиса, так как преимущество – военное и политическое – явно на стороне Асада.

25 ноября 2016 | 13:08

Дайджест внешней политики США (18 – 24 ноября)

На саммите АТЭС в Перу Барак Обама безуспешно пытался доказать, что предвыборная риторика Дональда Трампа не будет реализована в полном объеме и проект ТТП еще рано списывать со счетов. Сам Трамп огласил список инициатив на первые сто дней своего президентства. Уже сейчас становится ясно, что его стремление наладить отношения с Россией встретит жесткое противодействие в Конгрессе.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова