Польша, Литва и дестабилизация Украины

Смена власти на Украине оказалась неожиданной как для тех кто этого желал, так и для тех, кто стремился этого избежать. Перед всеми соседними странами стоит вопрос - как действовать в сложившейся ситуации. Практически ни у кого нет готовой стратегии на будущее. Литва и Польша - самые заинтересованные европейские страны в украинском вопросе, если судить по активности политиков и широкому общественному вниманию. 

Для польского руководства всегда была аксиомой мысль о том, что Россия без Украины никогда не возродится как империя. В рамках этой модели польская дипломатия на протяжении многих лет старалась помочь сближению Украины с ЕС, а фактически - отдалению Киева от Москвы. При этом она действовала в рамках своей обычной парадигмы - некогда именно польские политики отстаивали скорейшее вступление в НАТО и ЕС прибалтийских стран. Нельзя сказать, что значение Польши в этом вопросе было первостепенным, но нужно признать, что её позиция находила отклик в западных странах.

Другой пример повышенной активности на постсоветском пространстве в последние годы демонстрирует Литва. В отличие от Польши страна не обладает серьезным влиянием в регионе и оставила гораздо меньший след в исторической памяти соседних народов. Причины активизации литовской дипломатии несколько загадочны, учитывая слабость внешнеполитического потенциала страны. Тем не менее объяснение найти можно. Первое и основное - Литва рассчитывает стать ключевым партнером США среди прибалтийских стран, подобно тому как такую же позицию заняла Польша в Восточной Европе в целом. Второе - Литва пытается конкурировать с Польшей в артикуляции европейских ценностей и говорить от лица Европы на восточном фланге, внимание к которому до последнего времени было невелико. Учитывая непростой характер польско-литовских взаимоотношений, можно полагать, что такая конкуренция сказывается и на двусторонних отношениях. 

Если Польша ведет преимущественно пропагандистскую работу, а ее деятельность подкреплена присутствием в европейских институтах (польский представитель, в частности, руководит миссией ЕС в Киеве), то Литва делает больший акцент на критике несоответствий происходящего европейским ценностям и более серьезного участия позволить себе не может.

Как Польша, так и Литва обладают невысоким внешнеполитическим потенциалом в украинской политике. Контактная среда дипломатов и спецслужб крайне узка, даже если говорить о Польше. В целом компетентность во внутриукраинской политике возросла, особенно после Оранжевой революции 2004 года и тем более с внедрением программы “Восточное партнерство”, но прочных связей с ключевыми фигурами украинской политики, олигархами, спецслужбами и армейскими кругами, представителями меньшинств (помимо польского) у Варшавы до сих пор нет. Относительно серьезно были налажены контакты с представителями оппозиции и экстремистских кругов. Именно в Польше и Литве часть боевиков Майдана проходила военную подготовку. Вместе с тем, заручиться влиянием на них не удалось. 

После перехода власти к представителям оппозиции возможности Польши и Литвы в Украине резко сократились. Роль Германии, наоборот, серьезно возросла - достаточно вспомнить берлинские консультации Арсения Яценюка и Виталия Кличко в феврале 2014 года, а также тот факт, что именно в Германию отправилась освобожденная Юлия Тимошенко для лечения и консультаций. Безусловно, это обстоятельство не может радовать польское руководство. 

Не исключено, что для того, чтобы поднять свою роль в украинских процессах польская дипломатия изберет “критическую” тактику и попытается оказывать давление на Киев. Например, для этого может быть использована тема национальных меньшинств, тем более, что польское руководство действительно вполне искренне обеспокоено усилением националистических тенденций и возможными последствиями для польской диаспоры. Волнения о положении меньшинств усилились не только в Польше, но также в России, Венгрии, Болгарии, Румынии и западноевропейских странах.

По-настоящему, наиболее выгодная для Польши региональная ситуация состоит в сохранении Украины в качестве пограничного пространства с Россией - в той самой роли, какая была характерна для Украины на протяжении более чем двух десятилетий. Пространства выбора не было у Виктора Януковича, его нет и у нового украинского руководства. Украина стоит на пороге ещё большей дестабилизации, и у европейцев нет решений, которые могли бы вернуть ситуацию к любому управляемому сценарию. Даже приход к власти прозападных политиков не гарантирует, что общество станет управляемым, а новые лица во власти смогут ею распорядиться. Украина, приближающаяся к Европе способна стать для последней головной болью.