Владимир Аватков
Артем Соколов
24 августа турецкие танки при поддержке американской авиации перешли границу с Сирией в районе населенного пункта Джараблус, начав операцию «Щит Евфрата». Анкара стремится утвердиться в статусе регионального лидера, одновременно ударив по боевикам ИГИЛ и курдам. В сирийский конфликт вступил еще один амбициозный игрок.
ПРЕМИУМ
25 августа 2016 | 23:19

Турецкая операция в Сирии нацелена против курдов и боевиков ИГИЛ

24 августа турецкие танки при поддержке американской авиации перешли границу с Сирией в районе населенного пункта Джараблус, начав операцию «Щит Евфрата». Заявленная цель турецких военных – освобождение города от боевиков запрещенной в России организации ИГИЛ. Вторжение вызвало резкую реакцию официального Дамаска, который расценил произошедшее как нарушение государственного суверенитета и потребовал вмешательства ООН. Обеспокоенность по поводу действий Турции и возможной эскалации конфликта выразил МИД России, заявив в своем комментарии:

"В Москве глубоко обеспокоены происходящим в районе сирийско-турецкой границы. Прежде всего, вызывает тревогу возможность дальнейшей деградации обстановки в зоне конфликта, в том числе с учетом возможных сопутствующих жертв среди мирного населения и обострения межэтнических противоречий между курдами и арабами".

С этого момента гражданская война в Сирии получила еще одну воюющую сторону, преследующую в многолетнем конфликте свои интересы. Аналитик агентства «Внешняя политика» Владимир Аватков в своём комментарии для «Russia Today» подчеркнул:

«Очевидно, что турецкие войска будут оказывать поддержку определённым группам влияния. Известно, что Анкара хотела бы поддержать «умеренные» группировки на сирийской территории. Здесь целый пласт интересов».

Несмотря на то, что Эрдоган назвал задачей военной операции борьбу с боевиками ИГИЛ, очевидной целью Анкары в сирийском конфликте является и решение курдской проблемы. Воюющее в Сирии курдское ополчение уже заявило об оккупации турецкими войсками своей территории. Переход Турции к активным боевым действиям в северной Сирии позволит затормозить процесс автономизации региона, перехватить здесь инициативу борьбы с ИГИЛ у курдов, тем самым скорректировав их потенциальные дивиденды от победы над боевиками.

Впрочем, не стоит недооценивать и стремление Анкары обезопасить свои границы от исламистов, особенно в свете последних потрясших страну терактов. Именно Джараблус был важным транзитным пунктом, через который между границами двух стран беспрерывно курсировали боевики, оружие и контрабанда. Переход города под контроль турецкой армии и сил умеренной сирийской оппозиции позволит ликвидировать важное звено в системе логистики ИГИЛ.

Примечательно, что военная операция Турции началась сразу после сложного процесса нормализации отношений с Россией. По мнению Владимира Аваткова:

«После инцидента со сбитым российским Су-24 Турция боялась пересекать границу с Сирией, считая дальнейшую эскалацию конфликта с Россией крайне опасной. Теперь, когда дипломатические отношения восстановились, когда есть горячая линия между министерствами обороны двух стран, видимо, появилась возможность если не для договорённостей, то по крайней мере для предварительного оповещения партнёров и изучения их реакции».

Относительно сдержанная реакция российского МИДа позволяет предполагать, что Москва была как минимум предупреждена о готовящейся атаке на сирийскую территорию.

Есть основания полагать, что тему военной операции в Сирии президент Турции Р.Т. Эрдоган обсуждал с В. Путиным в ходе саммита «группы двадцати» в Анталии. На сложившуюся договоренность В. Путин намекал в контексте самолетного кризиса в ходе своего выступления 17-го декабря 2015 года:

«Я в последний раз был в Анталье, мы разговаривали со всем руководством Турции. И турецкие коллеги поставили перед нами очень чувствительные вопросы и попросили о поддержке. Несмотря на то, что у нас сейчас испортились отношения (я не буду говорить, о чём шла речь, это совсем не мой стиль), но поверьте мне, перед нами были поставлены очень чувствительные для Турции вопросы, не вписывающиеся в контекст международного права по тем решениям, которые турецкой стороной предлагались. Представляете, мы сказали: «Да, понимаем и готовы вам помочь».

Проводя военную операцию на севере Сирии, Анкара одновременно борется и с ИГИЛ, и с курдами, стремясь в очередной раз подтвердить свою лидирующую роль в регионе и сирийском конфликте. Дальнейший ход операции покажет, будет ли участие Турции в сирийском конфликте ограничиваться локальным сражением у своих границ или получит развитие с активным участием турецких вооруженных сил.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Безопасность»

24 января 2017 | 20:06

Международные угрозы безопасности России в 2017 году

Развитие внешней политики России в 2017-м году будет определятся открывающимися возможностями и возникающими кризисами. К некоторым из них можно приготовиться. В нашем прогнозе «Международные угрозы 2016» мы выделяем 12 ключевых международных ситуаций, которые в наибольшей степени могут повлиять на интересы России в сфере безопасности в наступившем году.

11 марта 2015 | 21:00

Почему Москва заговорила о признании ДНР и ЛНР

6 марта стал днем дипломатической активности вокруг Украины. Эта тема обсуждалась в Берлине на заседании представителей МИД стран-членов «нормандской четверки».В столице Германии за закрытыми дверями стороны обсуждали ход реализации минских соглашений. Судя по тому, что встреча длилась несколько часов, обсуждение шло крайне непросто.

18 апреля 2015 | 23:00

Дайджест внешней политики США за неделю (10-17 апреля)

Среди наиболее значимых для политической жизни США событий этой недели стало официальное объявление о намерении участвовать в предстоящей президентской гонке двух заметных представителей от обеих партий. Параллельно с этим, примечательными стали реакция Вашингтона на поставки российской военной техники Ирану, а также небольшой шаг а процессе реализации «азиатского разворота», продекларированного еще в 2011 году, но так и не ставшего на деле приоритетным направлением американской внешней политики.

16 января 2017 | 15:34

Слушание по номинации Джеймса Мэттиса на пост министра обороны

Генерал Джеймс Мэттис считался едва ли не самым сильным кандидатом в будущей администрации Дональда Трампа в получении номинации. Перед началом слушаний в Сенате его позиции были усилены слухами о конфликте между ним и командой избранного президента, которая якобы собиралась отстранить Мэттиса от ведения дел. Сенаторы поспешили увидеть в генерале "своего человека" в лагере Трампа и с готовностью одобрили его кандидатуру.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова