Иван Константинов
Ключевым для Туниса становится процесс достижения политического консенсуса. Причем этот процесс важно активизировать именно сейчас, в преддверии второго тура президентских выборов, не дав дестабилизирующим силам пространства для политического маневра.
ПРЕМИУМ
29 ноября 2014 | 13:01

Тунис как единственная работающая демократия Ближнего Востока

23 ноября в Тунисе состоялись первые президентские выборы с момента свержения режима Бен Али в 2011 году. Большинство голосов получил 88-летний представитель партии «Нидаа Тунис» Мухамад Беджи Каид Эс-Себси, однако этого не хватило для победы в первом туре и в конце декабря состоится второй тур.

Ключевым вопросом для тунисских властных институтов – парламента, правительства и президента – остается взаимодействие с исламистскими кругами: от умеренных до салафитов. В первые годы «арабской весны» популярность «умеренных» (это понятие применимо к движениям «Нахда» и «Братья мусульмане» только в сравнении с радикальными группировками) в регионе позволила им обрести власть в Тунисе, Египте и вырасти в самостоятельную политическую силу в Сирии. Однако отсутствие управленческого опыта и рычагов давления на представителей других исламистских движений с более радикальными взглядами привели в итоге к снижению их популярности и утрате власти. Сторонники этих партий начали переходить либо на сторону «секуляристов», не связанных с исламистами (от «Нидаа Тунис» до режима военных в Египте), либо в ряды радикалов. В начале прошлого года ряд экспертов, близко знакомых с ситуацией в Тунисе, отмечали, что в мечетях Туниса господствуют радикалы-салафиты.

Мудрость представителей «Нахды» в данной ситуации заключалась в том, чтобы дать политическому процессу развиваться естественным образом. Потеря популярности приносилась ими в жертву стабильности, причем не только общественно-политической стабильности в Тунисе, но и положению самой партии на политической сцене.

Рост популярности секулярной умеренной «Нидаа Тунис», возглавляемой представителями бывшей политической элиты и технократами, позволил им маргинализировать радикальных исламистов.

К тому же нельзя не учитывать, что в сравнении с Египтом и Сирией тунисское общество изначально было светским и возвышение ислама в нем было обусловлено исключительно недовольством политикой Бен Али и его ближайшего окружения. По прошествии определенного времени «секуляристы» естественным образом взяли реванш.

Однако исламский вопрос не удастся легко снять с повестки дня в Тунисе. Процесс укрепления салафитов был долгим, их финансирование со стороны государств Персидского залива не прекращается; их мобильность на территории Северной Африки является дополнительным дестабилизирующим фактором. С учетом сохраняющегося тренда на активизацию радикальных группировок по всему региону, успех борьбы с исламистами будет во многом зависеть от результатов процесса по достижению политического и общественного консенсуса относительно будущего Туниса.

Данный процесс, в свою очередь, также содержит в себе ряд подводных течений. Многие опасаются повторения ситуации с бывшим президентом Зином Абидином Бен Али в случае итоговой победы Эс-Себси: его партия «Нидаа Тунис» занимает большинство мест в парламенте и играет решающую роль в сформированном правительстве. Обвинения Эс-Себси в «узурпации власти» со стороны его оппонентов может способствовать новым волнениям среди «сынов революции» - в большинстве своем студенческой и безработной молодежи. В данном контексте важно отметить невысокую явку на прошедших президентских выборах. Дестабилизация ситуации и обострение политической борьбы при таком сценарии лишь укрепят позиции исламистов и отложат реализацию необходимых реформ на неопределенный срок.

При этом наметившийся путь – единственно верный не только для Туниса, но и для региона в целом.

Стабилизация политического процесса с помощью инклюзивного взаимодействия с привлечением всех конструктивных сторон – единственное средство для решения проблем, вызвавших «арабское пробуждение».

Основная роль опытных технократов в такой ситуации не должна подвергаться сомнению. У оппозиционеров, в том числе умеренных исламистов, долго находившихся в изгнании, попросту недостаточно созидательного опыта – его перевешивает опыт политической борьбы на разрушение уже созданных институтов, опыт «нигилизма».

Что касается узурпации власти представителями прежнего режима, в тунисском случае это вряд ли возможно. Во-первых, злоупотребления при Бен Али происходили в основном со стороны ближайших родственников, в первую очередь, его супруги и ее многочисленных братьев, в то время как правящие круги занимались, в том числе, развитием Туниса, отмечавшегося в отчетах ООН и международных НПО как самое демократическое государство Ближнего Востока с наиболее развитыми властными и образовательными институтами. Наличие опытных управленцев способно оказать позитивное влияние на политический процесс. При в этом в отличие от Египта, новейшая история которого – это опыт борьбы военных с исламистами, политическая и общественная ситуация в Тунисе вряд ли позволит какой-либо из сторон захватить власть без согласия других участников процесса, тем более силовым способом. Пример представителей «Нахды», осознавших это, - показателен.

Ключевым для Туниса становится процесс достижения политического консенсуса. Причем этот процесс важно активизировать именно сейчас, в преддверии второго тура президентских выборов, не дав дестабилизирующим силам пространства для политического маневра. Нарушение этого процесса обернется новым этапом волнений в Тунисе и свидетельством невозможности достижения стабильности в регионе мирными демократическими средствами. В этом случае политическое развитие Туниса пойдет по колее Египта, в котором военные вынуждены удерживать власть в борьбе с исламистами.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

1 мая 2014 | 16:09

Несистемные силы в украинской политике

Находясь в тени долгое время, несистемные силы на Западе и Востоке Украины смогли заявить о себе  в условиях кризиса. Старая власть оказалась дискредитирована, новая - плохо контролирует ситуацию, хотя именно она сделала ставку на анонимное насилие. 

28 сентября 2015 | 18:45

Дрейф на восток: ДНР и ЛНР взяли курс на интеграцию в российское экономическое пространство

Все стороны, связанные с украинским конфликтом, признавать крах Минского процесса не торопятся. Внимание европейских правительств сейчас отвлечено от Украины острой проблемой беженцев. Американцы заинтересованы в сохранении нынешнего шаткого, вялотекущего конфликта, хотя уже понимают, что поддерживать его в таком состоянии становится крайне непросто. В этих условиях Москва запустила процесс плавной экономической интеграции Донбасса в Россию.

23 декабря 2016 | 18:35

Дайджест внешней политики США (16-22 декабря)

Назначение Дэвида Фридмана новым послом в Израиль свидетельствует о готовности США отказаться от своих традиционных взглядов на решение палестино-израильской проблемы. Тема «русских хакеров» продолжает оставаться предметом горячих дискуссий в американских политических кругах. Реакция Дональда Трампа на инцидент в Южно-китайском море ставит вопросы о его способности действовать в кризисных ситуациях.

8 мая 2018 | 22:20

Дайджест внешней политики Германии 1-8 мая

Продолжая серию поездок в поддержку немецкой заявки на статус непостоянного члена Совета Безопасности ООН, Хайко Маас добрался до Африки. Визиты в Танзанию и Эфиопию обнаружили скромные результаты прошлогодних инициатив немецкого правительства по поддержке африканских стран. Немецкие СМИ осыпали Герхарда Шредера упреками за то, что тот своим присутствием на инаугурации Владимира Путина нормализовал в глазах западного обывателя российское руководство.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова