Сергей Маркедонов
В нынешних условиях заседание пятого по счету Совета стратегического сотрудничества высокого уровня имело особое значение. По справедливому замечанию востоковеда Станислава Тарасова, "все предыдущие четыре заседания Совета проходили в качественно иных геополитических, политических и экономических условиях". До инцидента с уничтожением российского военного самолета Су-24 российско-турецкие отношения характеризовались как стратегическое партнерство.
ПРЕМИУМ
15 марта 2016 | 22:00

Старые и новые условия партнерства между Баку и Анкарой

0 У вас осталось просмотров
Увеличить количество просмотров

Сегодняшнее заседание пятого по счету Совета стратегического сотрудничества высокого уровня Турция-Азербайджан имело особое значение, поскольку, по мнению экспертов, все предыдущие четыре заседания Совета проходили в качественно иных геополитических, политических и экономических условиях.

"Я благодарю наших азербайджанских братьев. Мы должны были провести пятое заседание Совета стратегического сотрудничества высокого уровня в Баку, однако после теракта президент Ильхам Алиев предложил провести заседание в Анкаре", – об этом президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил на пресс-конференции, состоявшейся во вторник по итогам турецко-азербайджанского форума.

Впрочем, это событие было не единственным в повестке дня визита азербайджанского президента в Анкару. Как следует из официальных заявлений, Реджеп Эрдоган и Ильхам Алиев в ходе встречи тет-а-тет обсудили перспективы углубления двусторонних отношений, урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе и "различных международных процессов". Скорее всего, под этой расплывчатой формулировкой скрывался широкий спектр проблем, связанных с российско-турецкой конфронтацией, нормализацией отношений между Ираном и Западом после снятия санкций с Исламской республики, а также перспективами мирного процесса в Сирии.

В нынешних условиях заседание пятого по счету Совета стратегического сотрудничества высокого уровня имело особое значение. По справедливому замечанию востоковеда Станислава Тарасова, "все предыдущие четыре заседания Совета проходили в качественно иных геополитических, политических и экономических условиях". До инцидента с уничтожением российского военного самолета Су-24 российско-турецкие отношения характеризовались как стратегическое партнерство.

Безусловно, их и тогда нельзя было идеализировать. Достаточно вспомнить хотя бы жесткую риторику Анкары, последовавшую за визитом президента России Владимира Путина в Ереван в апреле 2015 года, или слова поддержки в адрес проукраинских крымскотатарских активистов и декларации о территориальной целостности Украины, прозвучавшие из уст Эрдогана во время посещения им Киева. Однако, до трагического случая с бомбардировщиком российских ВКС Москва и Анкара взаимодействовали по широкому спектру вопросов, позволяя себе "согласие на несогласие" в подходах к урегулированию этнополитических конфликтов. Конфликт в Сирии резко противопоставил Россию и Турцию.

В случае минимизации конфликта на Ближнем Востоке и при условии, что Анкара не будет воспринимать себя в качестве "боевого форпоста" Запада (расхождения между Эрдоганом и американскими политиками слишком очевидны, чтобы их не замечать), российско-турецкие отношения имеют определенный шанс на выход из того крутого пике, в котором они оказались.

Но в настоящее время конфронтация – та реальность, с которой вынуждены считаться не только ее непосредственные участники, но и третьи страны.

Азербайджан и Турция

Для Азербайджана реальность последних месяцев создает немало дополнительных сложностей. Отношения Анкары и Баку носят стратегический характер. Азербайджан рассматривает Турцию не только как своего геополитического союзника, служащего противовесом кавказским амбициям Ирана и России, но и как страну, чья модель в наибольшей степени соответствует азербайджанским национальным чаяниям. Безусловно, азербайджанские политики и дипломаты делают определенные поправки на те изменения, что произошли в Турции после прихода в ней к власти Партии справедливости и развития и определенной ревизии секуляризма. Но этот вопрос излишне не акцентируется. Более того, и власти и оппозиция, которые, мягко говоря, критически оценивают друг друга, в вопросе о стратегическом взаимодействии с Турцией готовы к согласию.

В постсоветский период Анкара сделала немало для становления азербайджанских Вооруженных сил. В апреле 1993 года Турция закрыла сухопутную границу с Арменией (чуть более 300 километров), а сегодня она последовательно выступает за освобождение оккупированных территорий и территориальную целостность Азербайджана, включающего Нагорный Карабах.

Впрочем, было бы неверно рассматривать азербайджано-турецкие отношения, как улицу с односторонним движением. Так, по словам эксперта влиятельной Международной организации стратегических исследований (Анкара) Керима Хаса, "геополитическое и стратегическое расположение Азербайджана открыло и упростило Турции доступ к побережью Каспийского моря и позволило восстановить и развить давние отношения со странами региона".

Для Турции Азербайджан важен в контексте не только внешней, но и внутренней политики. На сегодняшний день приблизительная численность азербайджанцев (поскольку этническая принадлежность не указывается в официальных переписях в Турецкой Республики) на территории современной Турции оценивается в 3 миллиона человек. И это активные избиратели, чьи голоса невозможно не учитывать. К слову сказать, "внутренний азербайджанский" фактор сыграл свою роль и в фактической приостановке процесса нормализации между Анкарой и Ереваном, которая достигла своего пика во время подписания Цюрихских протоколов в 2009 году.

Баку и Москва

Но каким бы важным ни было взаимодействие Турции и Азербайджана, а Москва для Баку всегда оставалась важнейшим внешнеполитическим приоритетом. Конечно, азербайджанские политики и дипломаты не удовлетворены военно-политическим союзом Москвы и Еревана и осторожной позицией РФ по нагорно-карабахскому урегулированию, хотя, в отличие от той же Грузии, российская роль в разрешении этнополитического противостояния Азербайджаном приветствуется.

Две соседние страны связывает общее видение многих вопросов, начиная от террористической угрозы (российско-азербайджанская сухопутная граница проходит по дагестанскому участку) и заканчивая проблемами безопасности Каспия.

И если в экономическом плане Азербайджан тяготеет к Западу, прежде всего, как участник ряда энергетических проектов, то в политическом ему ближе консервативная позиция России, ориентированная на сдерживание "внешней демократизации".

В этом плане у Баку и Москвы гораздо больше общих взглядов на причины и последствия "арабской весны" для Закавказья и постсоветского пространства в целом. Как следствие, стремление Азербайджана уйти от ситуации жесткого и одностороннего выбора.

Баку, Анкара, Тегеран

И каким бы важным фактором не была российско-турецкая конфронтация, Баку и Анкару чрезвычайно волнует фактор Ирана, прежде всего, перспективы его активизации на Кавказе, Каспии и Ближнем Востоке после снятия санкций. Это помогает нам объяснить тот интерес, который в последнее время демонстрируют Азербайджан и Турция по отношению к Ирану. 23 февраля Тегеран посетил азербайджанский лидер Ильхам Алиев. В марте по следам Алиева последовал турецкий премьер-министр Ахмет Давутоглу. В Тегеране Давутоглу подробно говорил о конфликтах на Ближнем Востоке, и пафос его выступлений был проникнут идеей сохранения территориальной целостности. Этот сюжет  является и одним из приоритетов иранской внешней политики.

И Баку и Анкара пытаются если не достичь консенсуса с Тегераном (одни только расхождения по Сирии делают это, как минимум, проблематичным), то превентивно обезопасить себя от возможных рисков.

Что же касается сирийского кризиса, то сегодня любые прогнозы здесь – дело неблагодарное. Сделаны только первые шаги к урегулированию, и чем в итоге закончится мирный процесс, со стопроцентной точностью не возьмется никто. Но если прагматическое взаимодействие России и Запада окажется эффективным, это подстегнет Анкару к определенной ревизии своих отношений с Москвой. И в этом плане Баку может сыграть роль модератора.

Таким образом, пока визит Ильхама Алиева в Анкару и итоги пятого заседания Совета стратегического сотрудничества высокого уровня не принесли ощутимых прорывов и изменений в кавказскую повестку дня. Эти события стали своеобразной сверкой часов союзников в новых геополитических условиях. Ближайшее время покажет, в правильном ли направлении движутся стрелки.

 

Впервые опубликовано на сайте Sputnik

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

21 августа 2015 | 23:00

Дайджест внешней политики США за неделю (14 - 21 августа)

В преддверии президентской гонки 2016 года в стане Демократов на фоне снижения рейтинга считающейся основным вероятным кандидатом от партии Хиллари Клинтон начали появляться сообщения о возможности участия в выборах нынешнего вице-президента Джо Байдена. Валютные манипуляции Китая вновь стали поводом для обсуждения в Конгрессе необходимости принятия в США соответствующего законодательства, что считается крайне неудобным для Администрации Обамы накануне визита Си Цзиньпина в Вашингтон для переговоров о ТТП. Между тем, в американских экспертных кругах, размышляющих о долгосрочных перспективах отношениий Вашингтона и Москвы, задумались о будущем России после Путина.

30 сентября 2014 | 22:41

Политическое значение перестановок во властных кругах Польши

Какие-либо серьезные изменения в российско-польских отношениях в ближайшее время вряд ли произойдут. Но есть и определенный набор вариантов, которые могут считаться благоприятными для российской политики. В первую очередь это победа на президентских выборах русофоба Качиньского и сохранение контроля в парламенте за «Гражданской платформой».

25 ноября 2016 | 13:08

Дайджест внешней политики США (18 – 24 ноября)

На саммите АТЭС в Перу Барак Обама безуспешно пытался доказать, что предвыборная риторика Дональда Трампа не будет реализована в полном объеме и проект ТТП еще рано списывать со счетов. Сам Трамп огласил список инициатив на первые сто дней своего президентства. Уже сейчас становится ясно, что его стремление наладить отношения с Россией встретит жесткое противодействие в Конгрессе.

7 апреля 2016 | 18:09

Круглый стол по развитию ситуации в Афганистане 18 апреля

18 апреля в Москве состоится круглый стол «Развитие ситуации в Афганистане в 2016 году», который проводят Российский совет по международным делам и агентство «Внешняя политика» при участии Международного комитета Красного Креста.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
11 сентября 2014 | 21:25
Следующая Предыдущая

Оставьте свой e-mail для получения бесплатных материалов

 
Получить доступ к бесплатным материалам
Не показывать снова
Авторизация
Этот материал доступен для премиум-подписчиков.
Пожалуйста, войдите на сайт с помощью кнопки в правом верхнем углу.