Иван Лошкарёв
С конца 2013 года в Южном Судане продолжается гражданская война, ставшая отражением противоречий – как внутри страны, так и между крупными державами. По мере приближения срока проведения всеобщих выборов, которые, согласно переходной конституции, должны состояться не позднее 9 июня, стороны конфликта будут стремиться укрепить свои позиции. Гарантированный путь для этого – эскалация напряженности, в том числе активные боевые действия.
ПРЕМИУМ
6 января 2015 | 11:17

Складываются предпосылки новой фазы гражданской войны в Южном Судане

Южный Судан – самое молодое общепризнанное государство мира. Появление этой страны на карте – результат урегулирования Второй гражданской войны в Судане (1983-2005). «Цивилизованный развод» Хартума и Джубы стал результатом усилий крупных держав, прежде всего США и Китая. Но молодое государство оказалось таким же неустойчивым, как и прежние колонии на Африканском континенте, получившие в свое время независимость. С конца 2013 года в Южном Судане продолжается гражданская война, ставшая отражением противоречий – как внутри страны, так и между крупными державами. По мере приближения срока проведения всеобщих выборов, которые, согласно переходной конституции, должны состояться не позднее 9 июня, стороны конфликта будут стремиться укрепить свои позиции. Гарантированный путь для этого – эскалация напряженности, в том числе активные боевые действия.

Конфликт начался из-за нарушения баланса представительства этносов в органах власти Южного Судана. Президент Салва Кир последовательно стремился ввести как можно больше представителей своего народа (динка) в состав правительства и руководства армии. Апогеем этнократии стало отстранение вице-президента  Рика Мачара (этнос нуэр) и генсека правящей партии Пагана Амума (этнос чолло). Но непосредственным поводом для эскалации насилия стало вооружение солдат-динка в столице под предлогом государственного переворота. На стороне Рика Мачара оказалось не только более половины численного состава армии, но и такие игроки, как Судан и западные страны. Повстанцев также поддержала вдова покойного лидера южносуданского сопротивления Ребекка Гаранг (динка). Напротив, президента Кира активно поддерживают Китай и Уганда. Несмотря на то, что стороны при посредничестве ООН и Африканского Союза подписали два соглашения о прекращении огня, бои продолжаются в штатах Верхний Нил, Джонгелеи, Центральная Экватория и аль-Вахда. В итоге, страна разделена на анклавы, причем некоторые центральные и восточные территории Южного Судана фактически контролируются военно-политической структурой Мачара.    

В декабре прошлого года региональная организация Межправительственныq орган по вопросам развития (Intergovernmental Authority on Development – IGAD) разработала очередной план урегулирования, центральными элементами которого стало учреждение поста премьер-министра и расширение полномочий штатов. Фракция Мачара официально согласилась с представленным планом при  условии, что глава правительства будет наделен реальной властью, а реформа федерального устройства начнется в переходный период (в частности, увеличение количества штатов с 10 до 21). Напротив, официальные власти Южного Судана отстаивают концепцию непредрешения воли органов власти после переходного периода, что означает номинальные полномочия для премьера и отсрочку реформы для штатов. Стороны не стали пытаться урегулировать разногласия. Наоборот, официальная Джуба объявила о скором назначении даты всеобщих (то есть президентских, парламентских, региональных) выборов. С учетом того, что национальная избирательная комиссия до конца не сформирована, план Салвы Кира состоит в том, чтобы явочным порядком довести количество членов комиссии до необходимого минимума и обеспечить подсчет голосов в свою пользу. В свою очередь, Рик Мачар официально поддержал перенос даты выборов и соотвественно продление переходного периода после 9 июня 2015 года, одновременно приступив к выстраиванию альтернативных государственных органов. А в конце декабря-начале января  Мачар на подконтрольной ему территории учредил 6 новых штатов и 8 новых округов, назначил руководителей этих административных единиц и полноценный Генеральный штаб. Символично, что альтернативный Генштаб возглавил генерал-майор Саймон Гатвеч Дуал, известный связями с официальным Хартумом и ранее за это осужденный.

Не стоит изображать гражданскую войну в Южном Судане только как противостояние народов динка и нуэр. В совокупности, эти этносы составляют не более 20-25% населения страны. В Южном Судане более 30 крупных вооруженных группировок и более 60 различных народов. Например, в северо-восточной части страны повстанцы некоторых родов нуэр ведут партизанскую борьбу против большинства претендующих на их территорию властей. Эти повстанцы враждуют с отрядами, лояльными бывшему вице-президенту. Более того, правящая партия Суданское народное освободительное движение раскололась не на две, а на три фракции – оппозиционную (Рик Мачар), президентскую и реформаторскую (возглавляет Лам Акол из народа чолло). Последняя фракция стремится найти компромисс между законностью официальных властей и очевидными нарушениями принципа этнического представительства. 

В условиях крайней бедности и сокращения пастбищных площадей доступ этнических групп к ресурсам иногда становится единственным способом их выживания. В 2014 году Южный Судан получил 3,4 млрд долл. выручки от продажи нефти, но после оплаты транзита и выплат по кредитам правительству осталась лишь половина суммы. Оттеснение представителей нуэр от нефтяных прибылей кажется несправедливым еще и потому, что нуэр весьма многочисленны в нефтеносном штате Верхний Нил. Вдобавок, борьба за нефтяную ренту обостряется по мере падения цен на энергоносители. То есть принцип этнического представительства отражает не только политический компромисс на уровне элит, но и имеет экономическую подоплеку.

Помимо указанных процессов, эскалации напряженности может способствовать новый курс Вашингтона по южносуданской проблематике. 25 декабря Белый Дом сообщил о намерении исключить Южный Судан из числа стран, подпадающих под действие благориятного торгового режима согласно Акту «О росте и возможностях Африки». Это – символический жест в условиях скромных объемов прямой торговли между Южным Суданом и США, но он знаменует изменения в стратегии. Моральная поддержка Мачара себя не оправдывает, поскольку последний не сумел добиться решающих преимуществ. Финансовая помощь направляется через Кению и в значительной степени не доходит до адресата. Более того, поддержка Мачара все больше увязывается с установлением контактов с режимом Омапа аль-Башира, что ставит Вашингтон в некомфортное положение. В этих условиях США стремятся с одной стороны отдалиться от фракции Мачара, а с другой – перевести конфликт в вялотекущую фазу, которая бы не привлекала внимание общественности кровавыми сценами. Следующий шаг в этом направлении – введение персональных санкций в отношении всех лидеров конфликта по линии Совета Безопасности ООН. Это позволит дистанцироваться от Мачара и перенести ответвественность на Пекин, в случае если последний заблокирует санкции в предлагаемом виде. С учетом того, что набор мер у Вашингтона ограничен и ранее подобные шаги не приводили к существенному прогрессу, не исключены отчаянные попытки надавить на стороны конфликта, что лишь усилит стремление Кира и Мачара выйти на более сильные переговорные позиции.   

Таким образом, к эскалации напряженности в Южном Судане подталкивают политические факторы (раскол элиты, нарушение принципа этнического представительства) и экономические (падение цен на феть) факторы. Кроме того, попытки Вашингтона исправить ситуацию с большой долей вероятности только ухудшат ситуацию. В результате, гражданская война в стране к весне может вступить в новую «горячую» фазу.        

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Безопасность»

26 ноября 2014 | 04:00

Политический кризис в Сомали ставит под угрозу региональную безопасность

Общесомалийские органы управления необходимы равно настолько, насколько путем участия в их работе можно обеспечить долю клана в получаемой финансовой помощи мирового сообщества.

10 мая 2016 | 17:11

Внешняя политика Саудовской Аравии в эпоху "после иранской ядерной сделки"

В апреле состоялось пять знаковых для Эр-Рияда событий: пятидневный визит короля Сальмана бин Абдельазиза в Египет, затем его визит в Турцию – для встречи с президентом Реджепом Эрдоганом и участия в саммите ОИС, а также визит Барака Обамы в Королевство для проведения переговоров с саудовским монархом и участия в саммите ССАГПЗ-США. Их все объединяет саудовское устремление переосмыслить и по-новому закрепить роль Королевства в регионе и исламском мире в эру «после ядерной сделки».

1 сентября 2014 | 22:34

Анатоль Ливен о российских либералах и курсе России на "вестернизацию"

Анатоль Ливен об условиях успеха курса на «вестернизацию» в государствах Восточной Европы и Прибалтики и о том, какие результаты даст этот курс в России. 

13 марта 2017 | 08:53

Аналитики Центра Карнеги о новом курсе США в отношении России

В феврале 2017 г. Вашингтонский офис Центра Карнеги за международный мир выпустил исследование об отношениях России и США, озаглавленное «Иллюзии и реальность. Двадцать пять лет американской политике в отношении России, Украины и Евразии». В докладе анализируется история российско-американских отношений за последние четверть века, дается прогноз их развития в кратко- и среднесрочной перспективе.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
2 апреля 2014 | 01:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова