Юрий Надточей
Фигура Йенса Столтенберга, имеющего шансы стать координатором новой «восточной политики» НАТО, вопреки многим прогнозам пессимистов, все же дает некоторые поводы для ограниченной нормализации российско-западных отношений, хотя отнюдь и не гарантирует ее.
ПРЕМИУМ
8 октября 2014 | 00:05

Новый генсек НАТО Столтенберг посылает России примирительные сигналы

Первая пресс-конференция нового генерального секретаря НАТО Йенса Столтенберга ожидаемо не принесла сенсаций. Практически все упомянутые им цели и приоритеты Альянса на обозримое будущее были определены еще на сентябрьском саммите в Уэльсе.

Вместе с тем, первая речь нового генерального секретаря все же заслуживает внимания хотя бы в силу постоянно меняющегося международного контекста в области безопасности. Поскольку международная среда способна корректировать политику блока, по-новому расставлять акценты и при необходимости изменять угол зрения на конкретные события и проблемы, задача первого лица организации состоит в артикуляции обновленной позиции и получении обратной связи от общественности.

Смещение фокуса НАТО в сторону задач по обеспечению коллективной обороны блока и его членов, как и нарастающая усталость Брюсселя и Вашингтона от затянувшего украинского кризиса, все больше склоняют политические круги США и стран ЕС к неохотному признанию нового статус-кво на европейской континенте.

Хотя пока подобная точка зрения и не озвучивается публично.

Речь, таким образом, может идти о прощупывании почвы для возобновления диалога между НАТО и Россией, причем не только по украинской проблеме, но и по будущей архитектуре европейской и международной безопасности как таковой. С учетом нарастающей нестабильности на Ближнем Востоке в регионе Леванта, неопределенность нынешнего статуса России в системе натовских координат представляется руководству блока крайне неудобным обстоятельством. Более того, сами лидеры НАТО не готовы долго мириться с подобным положением вещей.

В этом плане интервью Й. Столтенберга, в котором не исключалась возможность созыва встречи в рамках Совета Россия-НАТО, может служить определенным индикатором готовности блока к продолжению диалога с Москвой даже в весьма непростых условиях.

Безусловно, что подобное допущение вряд ли может означать возврат к прежней формуле «докрымского» партнерства, формировавшегося между Россией и НАТО по меньшей мере с 1997 года в духе политики ограниченного вовлечения России в западное сообщество безопасности.

На сегодняшний день более вероятной представляется выработка новой формулы вынужденного сотрудничества в традициях «разрядки» или хельсинского процесса 1970-х годов.

Фактически, для России и НАТО остается открытой возможность возвращения к некоему аналогу сосуществования, при котором конфликтующими сторонами признается необходимость сотрудничества во имя мира в Европе, но при этом исключаются иллюзии относительно «стратегических партнерств» и «новых качеств» отношений в обозримом будущем.

По всей вероятности, именно подобную перспективу и допустил Йенс Столтенберг, упомянувший о двух встречах, проведенных по линии Совета Россия-НАТО с начала кризиса на Украине.

На практике подобное взаимодействие в стиле «горячей линии» образца «холодной войны» вряд ли способно обещать многое. Вероятнее всего оно будет сведено к политическим консультациям лишь по наиболее острым как для Москвы, так для и Брюсселя вопросам – по сути, вопросам «войны и мира». В то же время прежнее декларативно партнерское многоформатное сотрудничество по самому широкому кругу тем, начиная от «новых вызовов» и заканчивая общественной дипломатией, будет либо минимизировано, либо свернуто на неопределенный срок.

Вместе с тем, сама возможность сохранения хотя бы ограниченно консультационной модели взаимодействия все же позволит при наличии политической воли с обеих сторон обеспечить условия для их мирного соседства (сосуществования) в духе политического реализма. И в этом аспекте фактор личности нового генсека НАТО также может сыграть немаловажную роль.

Обусловленный временем постепенный уход с европейской авансцены так называемых еврооптимистов (Жозе Мануэля Баррозу, Кэтрин Эштон), и возвышение на ней фигур европрагматиков (Жан Клода Юнкера, Федерики Могерини) меняет личностную компоненту формируемых в ЕС и НАТО политических курсов.

При всей свойственной евро-чиновникам высокого уровня «фирменной» фразеологии о ценностях демократии, новые главы ЕС и НАТО, по-видимому, более трезво оценивают направленность и заданность основных векторов мировой политики, экономики и процессов в сфере безопасности. Пока они не стремятся воздвигать стойкие идеологические препятствия на пути сотрудничества руководимых ими организаций с «неудобными» партнерами из Москвы, Пекина или Тегерана.

Напротив, даже строго лимитированное и дозированное сотрудничество с т.н. «не-Западом» для самого Запада воспринимается сегодня как весьма важное для решения целого комплекса международных проблем или, по меньшей мере, недопущения их разрастания.

В этом смысле фигура Йенса Столтенберга, имеющего шансы стать координатором новой «восточной политики» НАТО, вопреки многим прогнозам пессимистов, все же дает некоторые поводы для ограниченной нормализации российско-западных отношений, хотя отнюдь и не гарантирует ее.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

23 июля 2014 | 18:56

Арабские разногласия в связи с конфликтом в Секторе Газа

Считается, что арабский и мусульманский мир безусловно занимает сторону жителей Газы, подвергшихся израильской агрессии. Но сложившаяся вокруг Газы ситуация сложнее. Военная цель Израиля и политический представитель Сектора Газа – движение Хамас – не пользуется безусловной поддержкой арабского сообщества.

29 декабря 2015 | 21:36

Роль Грузии как промежуточного пространства между Россией, Турцией и Ираном

Грузия является местом не только столкновения глобальных игроков, но и точкой, где сходятся линии сотрудничества региональных держав. Мы причисляем к ним Россию, Турцию и Иран. По очевидным причинам Грузия всегда находилась внутри треугольника трёх великих государств. Её территория, этнический состав и внутренний уклад зачастую зависели оттого, к какому полюсу, российскому, турецкому или персидскому тяготели грузинские княжества.

9 декабря 2015 | 19:04

Дайджест внешней политики России за неделю (30 ноября-7 декабря)

На прошедшей недели состоялись сразу несколько крупных международных саммитов. Первый из них прошел в Париже и помимо вопросов изменений климата в центре внимания оказались наиболее острые вопросы современной политики. Второй была встреча министров иностранных дел ОБСЕ в ходе которой состоялся ряд двусторонних встреч. Но всё же в центре внимания на этой неделе в самой России было послание Президента Владимира Путина Федеральному Собранию, в котором, согласно традиции, были сделаны важные заявления по вопросам внешней политики страны.

7 мая 2015 | 13:00

Плацдарм на Одере: Зачем Германия и Польша нужны друг другу

Вопреки распространенному представлению о Польше как о безропотном вассале Вашингтона, Варшава проводит в Европе собственную активную политику. В ее основе — отношения с признанным европейским лидером, Германией. Берлин разыгрывает польскую карту, когда речь заходит об изменениях на постсоветском пространстве или очередных спорах с «Газпромом», а Варшава надеется при помощи Берлина укрепить свои позиции в мировой политике и стать ведущим союзником ФРГ к востоку от Одера.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
9 декабря 2014 | 08:00
11 сентября 2014 | 21:25
20 ноября 2014 | 08:23
29 октября 2014 | 16:00
27 октября 2014 | 13:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова