Иван Лошкарёв
Несмотря на все имеющиеся трудности и противоречия, Минские соглашения приводят к определенным подвижкам в процессе урегулирования конфликта на востоке Украины. Будущая "Дорожная карта" может стать важным этапом в нормализации мирной жизни на Донбассе. Однако для её разработки и реализации потребуется согласованная работа всех стран "Нормандской четверки".
ПРЕМИУМ
21 октября 2016 | 16:45

Медленный прогресс урегулирования конфликта на Донбассе

1. Минские соглашения и встречи в «нормандском формате» постепенно приводят к определенным подвижкам в процессе урегулирования.

2. «Дорожная карта» может стать важным этапом в разрешении конфликта. Для этого необходимо искать точки соприкосновения в процессе урегулирования. 

Пробуксовка Минского процесса как единственного формата урегулирования конфликта на Донбассе не вызывает сомнений.  Это, пожалуй, единственное мнение, которое разделяют все участники конфликта и международные посредники. Но перечень возможных альтернатив невелик: возродить «будапештский формат», включить США в «нормандский формат», созвать общеевропейскую конференцию по всей украинской проблематике, выйти на прямые переговоры Киева и народных республик Донбасса. Представляется, что потенциал переговоров в Минске еще не исчерпан, поскольку альтернативные площадки для переговоров столкнутся с тем же набором проблем и разногласий между сторонами конфликта. Во всяком случае, оптимальной остается ситуация, при которой удастся обеспечить «перелив» из областей, где наметился прогресс, в сферы, где урегулирование не сдвинулось с мертвой точки, а смена формата переговоров вряд ли этому поспособствует.  

В рамках Минского формата стало понятно, что вопросы безопасности и вопросы политического урегулирования взаимосвязаны как два сообщающихся сосуда: нельзя обеспечить тишину на линии соприкосновения без решения вопросов амнистии и статуса Донбасса, и наоборот. Попытки украинской стороны настоять на последовательном выполнении двух блоков урегулирования (сначала безопасность, потом политические проблемы) с одной стороны знаменуют прогресс в том, как на Украине думают об урегулировании, но с другой стороны – продолжают логику избирательности в мышлении украинской стороны (требовать то, что выгодно в текущий политический момент).  Робкие попытки ДНР и ЛНР подстегнуть обсуждение политического блока проблем с помощью проведения праймериз натыкаются на эмоциональную реакцию Киева, как и аналогичные требования со стороны Франции и Германии.

Еще одно достижение Минского формата – это начало обсуждения форм и условий проведения выборов на Донбассе. Без остальной части политического пакета урегулирования, вопрос выборов в немалой степени не имеет смысла, однако именно этап выборов наиболее сложен с технологической точки зрения. По-прежнему нет четкого понимания, как будут комплектоваться избирательные комиссии, какая избирательная система (мажоритарная или смешанная, с порогом явки или без него) будет применяться, какие политические силы смогут принять участие в выборах и кто, собственно, будет допущен до голосования. Однако долгие дискуссии привели к появлению концепции «пузырей безопасности», то есть территорий, где конфликтность будет предельно снижена. Так что места проведения выборов практически определены: осталось создать такие «пузыри» на Донбассе в достаточном количестве и разметить там избирательные участки. Более того, с учетом ожидаемого количества избирательных участков можно предположить, что безопасность в «пузырях» может быть обеспечена только локальными силами, возможно, сводными отрядами народных республик. Конечно, еще предстоит решить вопрос о том, как будет вестись агитация вне этих бесконфликтных зон, а также уточнить полномочия выборных органов на Донбассе. Тем не менее, обсуждение практических вопросов, а не взаимные обвинения, это несомненный прорыв в Минском процессе.

Недавняя встреча «нормандской четверки» в Берлине также знаменует собой определенные подвижки в процессе урегулирования. Во-первых, стороны активно обсуждали вопросы расширения тестовых зон безопасности, где прекращение огня должно соблюдаться неукоснительно. Во-вторых, участники переговоров пришли к согласию относительно необходимости расширения мандата и численности миссии ОБСЕ. По настоянию украинской стороны, речь идет, в частности, о размещении наблюдателей ОБСЕ на приграничной территории ДНР и ЛНР. Насколько эффективными будут предложенные новации – предсказать сложно, однако это несомненный шаг вперед.

Есть и определенные проблемы, которые еще только предстоит обсудить. Во-первых, Франция и Германия (в меньшей степени – Россия) пришли к пониманию, что вынудить Киев принять изменения в Конституцию, связанные с особым статусом Донбасса, не получится. Действительно, текущий расклад в Верховной Раде практически не оставляет Петру Порошенко возможностей добиться принятия этих конституционных поправок во втором чтении, для чего необходимо 300 голосов депутатов.  Приблизительно с апреля требование конституционных поправок плавно сменилось требованием принять закон о выборах Донбассе с конкретной датой проведения голосования. Но такое негласное изменение требований к украинской стороне оставляет открытым вопрос: а можно ли ДНР и ЛНР не выполнять какую-то часть Минских соглашений, которую они выполнить не способны? Безусловно, в Киеве, Берлине и Париж наверняка ответят отрицательно, но проблема остается, поскольку нельзя давать односторонние преференции одной из сторон конфликта. 

Во-вторых, переговоры в течение двух лет практически не привели к установлению определенных дат для каждого этапа урегулирования (исключение – очевидно устаревшая дата прекращения огня). Весьма в двусмысленном положении оказалась в Берлине украинская дипломатия, которая публично заявляла о наличии у Киева разработанной «дорожной карты» с конкретными сроками исполнения обязательств, а затем в обстановке переговоров выступила за дополнительную проработку «дорожной карты», поскольку некоторые сроки опять же недостижимы из-за существующего расклада в Верховной Раде. В этом как нельзя лучше  проявились рассогласованность действий украинских властей (прежде всего, МИД и Администрация президента) и отсутствие четкой стратегии в отношении Донбасса. И это вторая важная проблема – весьма сложно договариваться с партнером, который не определился с целями и интересами. А даты конкретных этапов урегулирования в такой обстановке становятся заложниками сомневающейся украинской элиты.

В-третьих, накопились определенные претензии и к европейской части «нормандского формата». Еще весной 2015 года участники переговоров распределили условные зоны ответственности, в которых каждая страна попробует самостоятельно добиться улучшений. Например, Франции достался банковский сектор, доступ к которому для Донбасса заблокирован. Париж обязался предпринять шаги для восстановления нормального оборота капитала в зоне конфликта, но в течение полутора лет фактически не добился ничего. В свою очередь, Киев использовал для оправдания банковской блокады весьма сложную систему аргументации, которая сводилась к тому, что работающие банкоматы на территории ДНР и ЛНР неизбежно ведут к финансированию деятельности «народных республик». При этом, закупка угля через посредников финансированием «террористов» и «боевиков» почему-то не признана. Очевидно, что в ситуации столь явных противоречий в позиции Киева Франция могла бы добиться большего прогресса.    

Приведет ли «дорожная карта» к урегулированию на Донбассе? Пессимистический сценарий заключается в том, что данный документ может быть никогда не принят, как, например, так называемый «план Мореля». Если же данный документ пройдет все круги согласования в столицах государств «Нормандской четверки», его содержание будет до предела выхолощенным и неясным. А значит «дорожная карта» просто пополнит ряды неработающих договоренностей по урегулированию. Отметим также, что в Германии и Франции в 2017 году состоятся выборы, так что активизация европейской дипломатии на украинском треке во многом вызвана предвыборным ажиотажем, стремлением предъявить какой-либо прогресс в урегулировании. Безусловно, подобная спешка будет отрицательно сказываться на качестве проработки документов и политических предложений.

Оптимистический сценарий возможен при выполнении как минимум двух условий. Во-первых, необходимо решить вопрос с односторонними преференциями участникам конфликта. В частности, можно поспособствовать формированию полноценной переговорной площадки Киева и «народных республик», закрепить законодательно право будущих «особых районов» на собственные внешние сношения, образовательную и информационную политику. Во-вторых, необходимо найти точки, где прогресса достигнуть проще. Прежде всего, речь идет об улучшении социально-гуманитарной ситуации на Донбассе, решения вопросов обеспечения продовольствием, водой и медикаментами (пункт 8 Комплекса мер). Этот блок проблем может привести к «эффекту перелива», когда и вопросы границы, и вопросы политического статуса Донбасса, будут по-настоящему решаться.        

В целом, за два года мы гораздо лучше понимаем, как должно происходить урегулирование конфликта на юго-востоке Украины. Есть целые фрагменты урегулирования, где компромисс просматривается. Однако целостной картины не получается и в этом, вероятно, вина всех участников «нормандского формата».

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

4 декабря 2014 | 09:00

Изолировать нельзя сотрудничать

Конференция продемонстрировала единодушие в экспертной среде по поводу усиления гарантий безопасности восточноевропейских или «прифронтовых», по словам Тэлботта, стран. Как он отметил, американская политика в отношении России должна быть «четко выверенным сочетанием сдерживания и сотрудничества».

7 октября 2015 | 22:00

Москва зачищает тылы: чего можно добиться, если вести войну с боевиками по-настоящему

Возможно, адекватность Запада связана и с тем, что между ЕС, США и Россией есть крайне шаткий, но компромисс. Все хотят чтобы Россия помогла ликвидировать военную структуру ИГ. Все понимают, что начать полномасштабную войну против ИГ невозможно до тех пор, пока в тылу сирийской армии действуют отряды оппозиции, часть из которой не хочет следовать совету американских друзей и подписывать компромиссное соглашение с Асадом.

20 января 2015 | 15:00

«До дна еще очень далеко»

Большое значение для двусторонних отношений имеет традиция взаимодействия, унаследованная от времен холодной войны. В научной среде и дипломатическом корпусе обеих стран все еще хватает тех, кто хорошо помнит те времена. Это предельно ответственные люди, понимающие к чему может привести настоящий конфликт России и США. Вопрос в том, будут ли столь же ответственны те, кто придет им на смену.

27 января 2017 | 12:28

Дайджест внешней политики США (20 – 26 января)

Первая рабочая неделя Трампа была отмечена рядом указов и постановлений, обозначивших отход от политики предыдущей администрации. Напротив, Джеймс Мэттис стремился продемонстрировать преемственность прежнего курса Пентагона и независимость от риторики президента. После «очистки» дипломатического корпуса от политических назначенцев Белый дом «не попросил остаться» нескольких высокопоставленных служащих Госдепартамента.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
11 августа 2015 | 13:04
18 апреля 2015 | 04:00
20 февраля 2015 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
16 марта 2014 | 22:32
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова