Дмитрий Офицеров-Бельский
Брюссель и Вашингтон оказывают давление прежде всего на Болгарию как наиболее слабого и зависимого от европейских дотаций участника проекта – и прессинг дал временный результат.
ПРЕМИУМ
18 июня 2014 | 16:56

Логика кризиса вокруг проекта "Южный поток"

В июне 2014 года Болгария и Сербия заявили о приостановке работ по проекту трубопровода «Южный поток». Однако вряд ли можно говорить, что на проекте поставлен крест. Брюссель и Вашингтон оказывают давление прежде всего на Болгарию как наиболее слабого и зависимого от европейских дотаций участника проекта – и прессинг дал временный результат. При этом претензии Еврокомиссии достаточно туманны и не представляют собой выраженной позиции. В дальнейшем это позволяет Брюсселю лавировать в зависимости от обстоятельств. Пока речь идет о разбирательстве по вопросу о соответствии проекта трубопровода нормам третьего энергопакета.

Связь событий вокруг «Южного потока» с кризисом на Украине и в целом с ухудшением отношений России и Запада очевидна. Но есть не менее существенный, на мой взгляд, вопрос о концепции энергетического обеспечения Европы. Нормы третьего энергопакета хотя и предполагают, что добыча и транспортировка газа не могут быть объединены в руках одной компании, но фактически еще не было прецедентов принудительного разделения. Момент использован для тестирования готовности России принять условия ЕС. Если это случится, то Брюссель постарается внести изменения и в сам формат энергетического диалога.

Искусственная задержка реализации проекта не должна рассматриваться просто как шантаж Москвы с целью добиться преференций для Киева – судьба украинской экономики, конечно же, волнует европейцев, но не столь глубоко как своей. Точно также не стоит видеть в произошедшем своего рода санкции со стороны Запада. Для Европы в приостановке проекта присутствует не столько попытка наказать Россию, сколько заставить её играть по своим правилам. Но для США, проявивших активность и оказавших мощное давление на Болгарию и Сербию, все происходящее является главным образом элементом политической борьбы.

Для выработки позиции в диалоге с ЕС необходимо иметь в виду несколько обстоятельств. Во-первых, единой европейской позиции не было и нет ни по одному вопросу; во-вторых, существует давнее намерение выдавить российские компании из Европы там, где они присутствуют и не пускать там, где такие попытки возникали. Так было, например, с неудачной покупкой Сургутнефтегазом венгерской нефтяной компании MOL. В скорой перспективе ожидаются проблемы у Газпрома в странах Балтии.

На этом фоне правительства Австрии и Сербии уже выступили за продолжение строительства «Южного потока». По сообщению пресс-секретаря канцлера Австрии, Вена будет отстаивать реализацию проекта в Еврокомиссии с другими странами. Содержание коллективного заявления сейчас согласовывается. Его инициатором, по всей видимости, является премьер-министр Италии Маттео Ренци. К нему присоединятся Болгария, Сербия, Венгрия, Словения, Хорватия и Австрия – страны, по территории которых должен будет пройти газопровод.

Из-за задержки реализации проекта рассматривается возможность строительства газопровода через Турцию, хотя она не является страной ЕС. Анкара в сложившейся ситуации является едва ли не основным выгодоприобретателем. Любые проекты транспортировки газа в Южную и Восточную Европу, кроме российского, предполагают обязательное участие Турции. Когда угроза нависла над «Южным потоком», президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов отправился с визитом именно в Анкару.

Интересно то, что решение болгарского правительства о приостановке работы над «Южным потоком» в немалой степени связано с расколом правящей коалиции и требованием главы протурецкого «Движения за права и свободы» Лютви Местана о проведении досрочных парламентских выборов.

Несмотря на то, что активно идет работа над реализацией энергетического «Южнокавказского коридора», полноценной заменой «Южного потока» он стать не может, поскольку не охватывает все те страны, по территории которых планируется провести российский трубопровод, а его пропускная способность в два раза меньше (соответственно 63 млрд. куб.м. и 30 млрд. куб. м. в год). Запасы газа тоже не очень велики - азербайджанское месторождение позволит поставлять не более 10 млрд. куб. м. в год. По-прежнему сомнительно участие Туркменистана в этом проекте из-за неурегулированного статуса Каспийского моря и рисков, связанных с позицией Ирана. Решением может стать, несмотря на сложности, включение в проект месторождений Северного Ирака, о которых прежде шла речь в контексте проекта «Набукко».

Задача России на этом этапе состоит в том, чтобы усилить в ЕС сторонников «Южного потока» и продолжать поддерживать их заинтересованность в проекте не в ущерб своим интересам. Также необходимо найти общие интересы с Турцией и поддерживать неопределенность статуса Каспийского моря. Необходимо иметь в виду, что в Болгарии по всей видимости пройдут досрочные парламентские выборы и победу на них имеют шансы одержать правые во главе с Бойко Борисовым. Помня об уже закрытых проектах АЭС в Белене и нефтепровода Бургас-Александруполис, не приходится сомневаться в колоссальных рисках для проекта «Южный поток». 

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Региональные риски»

8 октября 2015 | 17:09

Транстихоокеанское партнерство и приоритеты КНР

Вашингтон намерен сделать Транстихоокеанское партнерство ключевым инструментом реализации своей стратегии «восстановления баланса» в Азии. С момента ее официального объявления в 2011 году Соединенным Штатам на практике реализовать в АТР совсем немного значимых инициатив – и доверие региональных партнеров и союзников Вашингтона пошатнулось.

11 декабря 2014 | 17:59

Правительственный кризис в Сомали разрешился

Глубокие причины политического кризиса сводятся к тому, что некоторые кланы перестало устраивать существующее распределение должностей. Кроме того, в саму систему временных органов власти Сомали заложен механизм противопоставления главы государства и главы правительства.

19 января 2016 | 11:08

Устроит ли Анкара войну в Нагорном Карабахе?

Атака ВВС Турции на бомбардировщик ВКС России породила много неопределенности в стратегических вопросах региональной безопасности. Вероятно, ключевой из них для России - может ли Анкара создать Москве сложности в чувствительных вопросах, не имеющих прямого отношения к Сирии.

29 марта 2016 | 22:00

Ключевая внешняя угроза для России - дестабилизация государств ближнего зарубежья

в 2016 году речь идет не столько о непосредственной угрозе проникновения радикалов на территорию РФ, сколько о дестабилизации стран, расположенных у ее границ. Наиболее неприятный для России сценарий — коллапс одного из государств Средней Азии и появление на его месте очередного джихадистского квазигосударства, «где правят вооруженные банды, по-своему трактующие шариат».

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
6 декабря 2014 | 14:33
5 декабря 2014 | 17:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова