Андрей Сушенцов
В нынешних условиях партнерство России и США по любому вопросу кажется странным. Особенно на фоне взаимного информационного противостояния, санкционного режима и военных демонстраций в Восточной Европе. Украинский кризис стал рубежным в отношениях двух стран и прежними они уже не будут.
ПРЕМИУМ
8 апреля 2015 | 16:54

«Иранское досье» в российско-американских отношениях

Почему Россия и США все еще сотрудничают

На прошлой неделе в швейцарской Лозанне была достигнута историческая договоренность о параметрах ядерной программы Ирана. В соответствии с ней международное сообщество взяло на себя обязательства о смягчении режима санкций в ответ на готовность Тегерана открыть свою ядерную программу для мониторинга МАГАТЭ.

Президент США Барак Обама громко заявил о дипломатической победе, отметив, что договоренность была достигнута «вместе с союзниками и партнерами». Зная состав «шестерки» переговорщиков, нетрудно догадаться, что союзниками США назвали Францию, Британию и Германию. Получается, что Китай и Россия – партнеры? Бывший посол США в России Майкл Макфол подтвердил – несмотря на глубокие разногласия по многим вопросам, Россия и США действительно сотрудничали по Ирану.

В нынешних условиях партнерство России и США по любому вопросу кажется странным. Особенно на фоне взаимного информационного противостояния, санкционного режима и военных демонстраций в Восточной Европе. Украинский кризис стал рубежным в отношениях двух стран и прежними они уже не будут.

Но вдруг происходит прорыв на иранском направлении и создается впечатление, что не все так плохо между Кремлем и Белым домом. Значит могут, когда захотят. На этом фоне появляются сообщения о том, что Москва и Вашингтон собираются строить совместную космическую орбитальную станцию после 2024 года. Так же неожиданно американский госдепартамент характеризует сотрудничество с Россией по Афганистану как «превосходное». В формате Арктического совета Россия и США все более энергично сотрудничают в Арктике в сфере науки, транспорта и энергетики. Как это понять?

Указанные вопросы наряду с иранским и северокорейским ядерным досье – те немногие, в которых Россия и США вместе причисляют себя к «международному сообществу», а не делят его на «наших» и «ваших». Так происходит потому, что две страны обладают уникальными возможностями по противостоянию глобальным угрозам и несут связанное с ними бремя ответственности.

В иранском вопросе Москву и Вашингтон связывает общий интерес – сохранение режима нераспространения ядерного оружия. Россия даже больше США не хочет появления у своих границ нового ядерного государства. Но она не собирается при этом бомбить Иран или позволить США делать это.

Нынешняя сделка по Ирану стала результатом длительных переговоров, которые с разной результативностью шли более 10 лет. У иранцев не было основания доверять США и Западу в целом, с которыми их разделяли 35 лет противостояния. У Тегерана возникали и вопросы к России, которая с 2006 года поддержала четыре антииранских резолюции в Совете Безопасности ООН. Но глядя на карту можно понять источники невроза в Тегеране – в соседних Афганистане и Ираке в последние годы были силой свержены режимы, а совокупное количество американских войск в регионе достигало 500 тысяч человек. 

Важно вспомнить, что не так давно Иран представлялся американцами как главная проблема на Ближнем Востоке. Для Ирана путь от «оси зла» Джорджа Буша-мл. до «исторического взаимопонимания» Барака Обамы занял 13 лет. При этом на пике противостояния в 2005-2006 годах Вашингтон пытался поставить иранский вопрос ребром в СБ ООН и даже не исключал применения силы, говоря о «всех опциях на столе». В ответ Иран грозил перекрыть поток нефти через Ормузский пролив - в то время это составляло до 40% мировой нефтеторговли.

Именно американская воинственность побудила «евротройку» - Францию, Германию и Великобританию – начать дипломатические переговоры с Ираном о его ядерной программе. Позднее к ним пригласили Россию, США и КНР и образовалась «шестерка». Чтобы создать альтернативу войне в Совете Безопасности приняли одну за другой несколько резолюций, побуждающих Иран сотрудничать с МАГАТЭ. Наконец в 2008 году Буш-мл. заявил - хотя «все опции по-прежнему на столе» он выступает за дипломатическое решение иранской ядерной проблемы.

По мере развития переговоров появилось новое препятствие. Израиль вел репетиции ударов по иранским ядерным объектам, по крайней мере, с 2008 года. Последствием этих ударов неизбежно стала бы новая региональная война с участием США и от такой перспективы Вашингтон стал уклоняться еще при прежнем президенте. Однако «жесткий сценарий» предотвращения появления у Ирана атомной бомбы все-таки был реализован – израильские спецслужбы начали кампанию ликвидации иранских физиков-ядерщиков, а США в 2009-2010 годах успешно атаковали иранские ядерные объекты с помощью компьютерного вируса. 

Поэтому нынешняя договоренность совершенно не означает нормализацию американо-иранских отношений. Слишком долго две страны находились на грани войны.

Американские власти сейчас заняты «продажей» сделки американской аудитории и Израилю и позволяют себе недопустимые характеристики Ирана, которые могут плохо повлиять на его готовность к переговорам. В том самом заявлении, которым Обама поздравил себя с промежуточным успехом в «иранском досье» он обвинил Иран в поддержке терроризма, нарушении прав человека и развитии незаконной ракетной программы. Главный американский переговорщик в «шестерке» в 2013-2014 годах Уильям Бернс в своей статье в «Нью-Йорк Таймс» в целом похвалив Тегеран, припечатал его как «революционную, региональную разрушительную силу». Кстати, это тот редкий случай, когда «революция» в американских глазах – это плохо.

Развязка была найдена при значительном вкладе России. Именно Москва предложила принципы, который легли в основу всего переговорного процесса – поэтапности и взаимности. Россия настаивала на легитимности мирной ядерной программы Ирана, тогда как США стремились свести к нулю иранские возможности по производству ядерного оружия – что невозможно, если признавать за Тегераном право на обогащение урана. В итоге между американской и российской переговорными платформами был найден компромисс – Иран может пользоваться своими правами неядерного члена Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и развивать мирную ядерную энергетику, но одновременно будет строго соблюдать режим нераспространения ядерного оружия и допустит инспекторов МАГАТЭ.

Остается открытым вопрос о санкциях, которые в обход ООН были в одностороннем порядке введены ЕС, США и рядом других стран. По мнению России, эти санкции незаконны, поскольку направлены не на борьбу с возможными рисками распространения ОМУ, а на экономическое удушение Ирана. В силу того, что они носят экстерриториальный характер, санкции затрагивают компании других государств, которые полностью выполняют резолюции СБ ООН по Ирану – в частности, российские. Сейчас именно вопрос об односторонних санкциях является главным камнем преткновения между Западом и Ираном – высоко вероятно, что далеко не все они будут сняты даже при условии полного успеха переговоров.   

Примечательно, что в последние годы совместными усилиями Россия и США нашли дипломатические развязки двух крупнейших международных кризисов – вокруг сирийского арсенала химического оружия и сейчас по «иранскому досье».

В обоих случаях решением стал допуск международных инспекторов, а проводившая инспекции в Сирии Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) даже получила в 2013 году Нобелевскую премию мира.

Сложно загадывать, но накопленный Москвой и Вашингтоном опыт урегулирования конфликтов может пригодиться в ближайшем будущем – например, в переговорах по ядерной программе Северной Кореи. А там, может статься, и по Украине. Главное – почаще вспоминать, что две страны вместе представляют «международное сообщество».
 

Андрей Сушенцов – к.полит.н., руководитель агентства «Внешняя политика», руководитель программ «Валдайского клуба», доцент МГИМО.

 

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Реалистический подход»

10 августа 2016 | 18:15

Иерархия угроз безопасности для России

На протяжении последних трех столетий Москва была главным динамическим ядром Евразии и центром притяжения для соседей. Однако будущее евразийского пространства в XXI веке будет определяться не одной Россией, которая будет вынуждена конкурировать с Китаем, ЕС, США, Турцией и Ираном. Россия должна быть за столом переговоров великих держав, чтобы не стать одним из блюд в их меню.

10 ноября 2014 | 03:24

Посол ИРИ в России Мехди Санаи: Москва и Тегеран имеют общие интересы и угрозы

В условиях напряженности в отношениях России с западными странами восточный вектор российской внешней политики становится приоритетным. Примечательно, что диалог Москвы и Тегерана активизировался еще до украинского кризиса. В декабре в Москву приехал первый русскоговорящий посол ИРИ, который и до своего назначения считался одним из ведущих специалистов по России.

2 мая 2014 | 08:00

Мир, как его видит Тегеран

Несмотря на результаты исламской революции в Иране, общество и элиты трезво смотрят на международное положение Тегерана.  

7 сентября 2015 | 15:19

Новая "холодная война"? Злоупотребление историей и отказ понять Россию

Дебаты о новой «холодной войне» препятствуют развитию западной мысли в отношении России. Они отражают – и поощряют – развитие опасной тенденции в рядах политиков и военных стратегов, которая состоит в подготовке к войнам прошлого. Они также подразумевают определенную предсказуемость и уверенность в том, как поведет себя Россия, не принимая при этом в расчет ни отличную от прошлого сегодняшнюю международную ситуацию, ни приспосабливаемость России к геополитическим изменениям.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
20 ноября 2014 | 08:23
29 октября 2014 | 16:00
27 октября 2014 | 13:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова