Никита Мендкович
Артем Соколов
Уходящий год стал для «Исламского государства» временем потерь. Бывшие террористы теперь стараются без лишнего шума вернуться домой. Их возвращение дает возможность для аналитиков детально изучить проблему мотивов вступления в террористические организации. Результаты исследования показывают, что финансовый вопрос не является главным фактором, толкающим людей под знамена ИГИЛ.
ПРЕМИУМ
28 декабря 2016 | 21:57

Финансовый вопрос не является главным мотивом для вступления в ИГИЛ

Уходящий год стал для «Исламского государства» временем потерь. Сирийская армия при поддержке ВКС РФ освободила от террористов город Алеппо и готова развивать наступление по новым направлениям. Иракская армия с помощью инструкторов из США ведет ожесточенные бои за Мосул. Территория под контролем ИГИЛ неуклонно сокращается, а сами  боевики несут существенные потери в людях и технике на всех фронтах.

По мере общего ухудшения военной обстановки в рядах террористов намечается кадровая проблема. Люди, которые некогда стремились стать частью ИГ, теперь стараются без лишнего шума вернуться домой. Это касается, в том числе, и боевиков из центральноазиатских государств, которых не пугает перспектива уголовного преследования на родине.

Возвращение бывших исламистов домой дает возможность для аналитиков детально изучить их мотивы вступления в террористические организации. За годы существования ИГ сложилось мнение, что под его знамена, помимо идейных фанатиков, встают люди, пребывающие в затруднительном финансовом положении и желающие заработать денег с оружием в руках. Однако изучение социального опыта бывших боевиков из Центральной Азии вносит в данную точку зрения серьезные коррективы. Аналитик агентства «Внешняя политика» Никита Мендкович отрицает денежную мотивацию как основной фактор перехода на сторону террористов:

«Реконструкция биографий граждан, ушедших в ИГ, показывает, что финансовый мотив в чистом виде никогда не доминирует. За время своего исследования я ни разу не встречался с тем, чтобы человек реально сталкивался с бедностью или с ситуацией, когда ему или его семье угрожал реальный голод».

Действительно, денежный вопрос является главным для боевиков из Ливии, Египта, Туниса и некоторых других сопредельных государств. В этих странах вступление в ИГИЛ является следствием желания избавиться от долгового рабства. Люди готовы связать свою судьбу с исламистами, чтобы уйти от фактического закабаления.

Для боевиков из среднеазиатского региона причины перехода на сторону террористов лежат на стыке социальных и психологических проблем. Бытовые конфликты, ощущение собственной ненужности и отсутствие перспектив, выключенность из общественной жизни заставляют смотреть на ИГИЛ как на попытку начать новую жизнь, в которой они смогут занять достойное для себя место. Порой импульсом к этому становятся даже семейные конфликты. Как отмечает Никита Мендкович:

«У меня есть несколько зафиксированных случаев, когда уходу в ИГИЛ предшествовали личные конфликты. В том же Таджикистане я наблюдал 6 явных случаев депрессивных состояний, из них 4 — связанных с проблемами в семье. Развёлся — вступил в ИГ! Поругался с родителями — вступил ИГ! Конкретный пример: отец заставил сына бросить учёбу в университете и вернуться домой. Он учился на первом курсе МГУ, а в итоге стал рабочим пекарни. Можете представить, что для него это настоящая трагедия».

Ощущение собственной ненужности и бесперспективность не имеют четкой привязки к финансовому положению конкретного человека. Многие террористы являются молодыми людьми с высшим образованием, которые затрудняются найти работу по специальности. В итоге они утверждаются в мысли о принципиальной несправедливости устройства государства, а порой и всего мира. Выходом остается радикальная смена жизненных координат. Никита Мендкович приводит следующий пример:

«Скажем, в Казахстане существует проблема переизбытка квалифицированных специалистов. Так, молодой человек на третьем курсе юридического факультета понимает, что, даже закончив учёбу с золотой медалью, не найдёт работу по специальности. Другой случай — человек хотел делать военную карьеру, а его исключили из военного училища».

Выводы, полученные в ходе изучения жизненного пути бывших боевиков ИГИЛ из Средней Азии, имеют важное практическое значение. Они показывают, что мотивы, которыми руководствуются вступающие в ряды исламистов, не столь прямолинейны и не увязаны напрямую с финансовым достатком. До известной степени речь может идти об экзистенциальных проблемах, возникающих на фоне безработицы, ощущения бессилия и ненужности, утраты жизненных ориентиров. В этом смысле, в группу риска попадает значительное число людей в том числе и в России, которых сложно отнести к религиозным фанатикам или остро нуждающихся в деньгах.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Безопасность»

14 мая 2015 | 09:00

Враг моего врага: Сблизит ли террористическая угроза Россию и США

Налицо общая угроза российским и американским интересам. Однако более детальный анализ северокавказского измерения отношений между Москвой и Вашингтоном показывает, что для воплощения на практике принципа «враг моего врага — мой друг» требуется учесть множество нюансов и деталей, которые, как правило, остаются вне фокуса внимания, утопают в потоке эмоциональной конфронтационной риторики с обеих сторон.

30 ноября 2015 | 22:36

Инцидент с Су-24: как два дружеских государства стали врагами

Очевидно, что российско-турецкие противоречия по сирийскому кризису оказались настолько серьезными, что достичь компромисса оказалось невозможно. Оправдывая свои действия необходимостью обеспечения безопасности своих границ, Турция отказывается приносить извинения – по крайне мере до тех пор, пока не будет проведено расследование инцидента специально сформированной комиссией при участии третьей стороны.

6 апреля 2015 | 19:28

Йеменский кризис и межарабские разногласия на Ближнем Востоке

Действия Эр-Рияда получили смешанную реакцию международного и регионального сообщества: от поддержки до осуждения и обвинений в агрессии. Характерно, что единства мнений не наблюдается даже среди арабских государств. Как и ИГ, кризис власти в Йемене не стал общеарабской угрозой, которая могла бы сплотить регион: он не только в очередной раз высветил существующий раскол среди арабских государств, но и стал фактором, усиливающим этот раскол.

4 октября 2017 | 13:09

Военные учения «Запад» и международная неопределенность

Прошедшие во второй половине сентября в России и Белоруссии военные учения «Запад-2017» разочаровали многих. Западными комментаторами столько было высказано опасений и выражено тревоги, что учения задолго до своего начала превратились для многих во вторую Прибалтийскую операцию Красной Армии. Жалко видеть крах этих ожиданий.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
2 апреля 2014 | 01:00
2 апреля 2014 | 01:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова