Состоявшиеся на прошедшей неделе ядерные испытания КНДР в условиях отсутствия реакции со стороны Пекина стали серьезным поводом для усугубления напряженности в американо-китайских отношениях. Все более явным становится отсутствие единства в рядах американской анти-игиловской коалиции на фоне успехов российской операции в Сирии. Также привлек внимание оглашенный проект невоенных расходов внешней политики США, в котором явный приоритет отдается не АТР и ИГ, а Центральной Америке и противодействию "российской угрозе".
ПРЕМИУМ
12 февраля 2016 | 22:23

Дайджест внешней политики США за неделю (5-11 февраля)

1 У вас остался просмотр
Увеличить количество просмотров

1. Очередные провокационные действия КНДР на фоне бездействия КНР усилили готовность США действовать в одностороннем порядке, что грозит стать очередным узлом противоречий в американо-китайских отношениях.

2. В то время, как глава Госдепартамента в Мюнхене пытается не допустить провала переговоров по Сирии, министр обороны направился в Брюссель, чтобы сплотить ряды американской анти-игиловской коалиции, поддерживать дисциплину в которой в последнее время становится все труднее.

3.  Проект невоенных расходов США на осуществление внешней политики в 2017 году демонстрирует внимание Госдепартамента к таким направлениям, как Центральная Америка и «противостояние Российской угрозе», однако никак не отражает другие провозглашаемые приоритеты: АТР и борьба с ИГ.

 

Реакция на запуск ракеты-носителя Северной Кореей

Прежде чем «мировое сообщество» успело прийти к соглашению по новым санкциям в отношении ядерных испытаний, проведенных КНДР 6 января, Пхеньян осуществил запуск ракеты-носителя с искусственным спутником, а также, как сообщил во вторник директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер, возобновил производство плутония, который он сможет получить в течение «нескольких недель или месяцев».

Несмотря на то, что прошедший запуск, по словам Пентагона, «не стал неожиданностью» и «в целом соответствовал поведению Северной Кореи», он активизировал усилия Вашингтона по поиску вариантов односторонних действий, на которые намекнул госсекретарь Джон Керри во время пресс-конференции в Пекине 27 января.

Во-первых, США могут, не дожидаясь резолюции СБ ООН, в одностороннем порядке ввести новые санкции. В среду Сенат единогласно принял законопроект, предусматривающий применение санкций против частных лиц, компаний и правительств, способствующих развитию ядерной программы, разработке баллистических ракет, развитию цензуры, ущемлению прав человека, а также отправляющих в КНДР предметы роскоши. 12 января аналогичный законопроект был поддержан Палатой представителей. Подобные «вторичные» санкции (т.н. secondary sanctions) были использованы в случае с Ираном, однако до сих пор не применялись в отношении КНДР. Их введение коснется многих китайских компаний, что уже вызвало негативную реакцию Пекина. В пятницу китайский МИД выразил надежду, «что все заинтересованные стороны смогут прийти к компромиссу вместо того, чтобы продолжать усложнять ситуацию».

Тем не менее, разработчики данного законопроекта признались, что их основная цель как раз и заключалась в том, чтобы привлечь внимание Китая и продемонстрировать ему степень серьезности США.

«Когда наши «партнеры» в кавычках по Совету безопасности ООН не хотят принимать должных мер, нам следует самим сделать все необходимое», - заявил глава сенатского Комитета по международным отношениям республиканец Боб Коркер.

Другой особенностью законопроекта является его обязательный характер. Обычно Конгресс авторизует санкции, а решение о том, когда и против кого их применять остается за президентом. На этот раз президент сохранит за собой право отказаться от их применения, однако происходить это должно с подробным объяснением причин по каждому конкретному случаю и только если это противоречит национальной безопасности США. Кроме того отменить санкции, наложенные Конгрессом, может лишь сам Конгресс, что, как известно, является процессом крайне длительным и противоречивым.

Во-вторых, 7 февраля США и Южная Корея объявили о начале формальных консультаций по усилению противоракетной обороны на полуострове. Речь идет о добавлении к находящимся там уже комплексам «Patriot» (с радиусом перехвата 20-35 км) системы THAAD (до 200 км). Командующий американскими войсками в Корее генерал Куртис Скапарриотти рекомендовал их использование еще в июне 2014 года, однако тогда Южная Корея отказалась по политическим причинам, включая давление со стороны Китая.

Данный шаг, благодаря которому зона перехвата распространится на территорию России и КНР, был с настороженностью воспринят в Москве и Пекине. Оба МИДа вызвали соответствующих послов Южной Кореи, и если московский «выразил озабоченность», то китайский предупредил, что «ни одно государство не должно продвигать свои интересы безопасности за счет подрыва безопасности других».

Любопытно, что, несмотря на то, что глава южнокорейской разведки обвинил Россию в продаже КНДР составляющих для ракет дальнего действия, вашингтонские ястребы предпочли не заострять внимание на этой информации, сосредоточившись на связях Северной Кореи с Ираном, что должно стать еще одним доказательством неблагонадежности Тегерана.

Пертурбации в анти-игиловской коалиции

На фоне успехов сирийского правительства в районе города Алеппо, обеспеченных поддержкой российской авиации, заметно активизировались члены американской коалиции по борьбе с ИГ. Главы Пентагона и Госдепартамента на этой неделе направились в Европу, где Эш Картер должен встретиться в Брюсселе со своими коллегами из 26 стран - «ключевых» членов коалиции, а Джон Керри – в Мюнхене с Международной группой поддержки Сирии. Если основной задачей первого является поддержание дисциплины в рядах союзников, то второй планирует предпринять «решающую» попытку в продвижении дипломатического диалога.

Главным вопросом, который стоит на повестке дня министра обороны, является призыв к союзникам увеличить свой вклад в борьбу с ИГ. В понедельник пресс-секретарь Пентагона заметил:

«Существует широкий спектр необходимых ресурсов, которые требуются для усиления борьбы с ИГ. Это не обязательно должны быть самолеты. Это не обязательно должны быть инструкторы. Есть еще множество других вариантов помочь общему делу. Будь то осуществление логистики, обучение полиции, что, кстати, очень важно для обеспечения порядка на освобожденных территориях. И, безусловно, я хотел бы отметить финансовую поддержку. Знаете, это дорогая кампания. И если страны не могут оказать военную или любую другую ощутимую помощь, выделение средств сыграет не менее важную роль».

Данный вопрос привлек особое внимание в связи с объявлением премьер-министром Канады прекращения участия в нанесении воздушных ударов. Этот давно ожидаемый шаг Вашингтон представил как «пересмотр Канадой своего участия» и сопроводил многочисленными словами благодарности за неоценимый вклад.

Однако прошедшая неделя продемонстрировала, что Пентагон согласен далеко не на всякую помощь.

Предложения Саудовской Аравии, Бахрейна и ОАЭ предоставить войска для наземной операции в Сирии Вашингтон принял на рассмотрение, однако пока не торопится дать ответ. Также Госдепартамент отказался комментировать любые вопросы, связанные с возможной подготовкой к наземной операции Турции.

Скептицизм Вашингтона озвучил директор разведывательного управления минобороны Винсент Стюарт:

«По моим оценкам, сухопутные силы Саудовской Аравии способны добиться успеха. Эмираты имеют очень достойную армию, которая хорошо себя проявила во время операции в Йемене. Но смогут ли они одновременно вести операцию в Йемене и в Ираке-Сирии, я не могу сказать. Мне кажется, они неплохо справляются в Йемене, но их способности делать что-то большее довольно ограничены».

Под этим предлогом скрываются более серьезные опасения, считает сотрудник исследовательского центра «Атлантический Совет» Аарон Штейн:

«Это станет настоящим ночным кошмаром для США. Трудно представить, что произойдет, если русские убьют, например, турка. Это же член НАТО».

Как и в случае с Канадой, всю неделю Вашингтон пытался сохранять хорошую мину при плохой игре, когда речь заходила о последних заявлениях турецкого руководства относительно сотрудничества США с курдами. Пресс-секретари Пентагона и Госдепартамента в один голос начинали отвечать на многочисленные вопросы журналистов с того, что Турция является «союзником по НАТО, другом и незаменимым участником борьбы с ИГ», а заканчивали страданиями Анкары от наплыва беженцев, вызванного действиями России. Таким образом, не давая ни на минуту усомниться в том, что хорошие друзья смогут уладить все противоречия.

Перипетии американо-турецких отношений попытались объяснить американские эксперты. Старший научный сотрудник Совета по международным отношениям Филип Гордон связал их с различиями в расстановке приоритетов.

«У нас общие угрозы и противники, но мы по-разному расставляем приоритеты, они практически диаметрально противоположны. США преимущественно сосредоточены на ИГ. Также нам важно противостояние Асаду. При этом курды являются для нас партнерами. Говоря о Турции, надо перечислять в обратном порядке, курдов они видят в качестве основной угрозы. Они ведут с ними войну, в которой погибло 30000 человек. Это их приоритет номер один. Затем идет Асад, от которого они хотели бы избавиться, хотя и по несколько иным причинам. Это стоит на втором месте. ИГ находится ближе к концу списка, не потому, что они испытывают (к ИГ) симпатию, но потому, что оно представляет, скорее, потенциальную угрозу, способствуя радикализации населения, а также из-за опасности терактов. Поэтому они стремились, в первую очередь, избежать конфликта с ИГ и не допустить, чтобы курды в результате сложившейся ситуации упрочили свою политическую автономию».

Президент Института по изучению войны Кимберли Каган добавила к этому, что сегодня на карту поставлена жизнеспособность американо-турецкого союза, который проходит испытания под воздействием российского фактора.

«Возрастает напряжение в связи с терпимостью США к российскому присутствию в Сирии. (Угроза со стороны России может сблизить эти страны) только если США будут готовы что-то предпринять по этому поводу. Если же США ничего не будет делать, то это еще больше отстранит Турцию от НАТО. Поэтому я боюсь, что вне зависимости от развития ситуации в ближайшее время в долгосрочной перспективе ценность Альянса для Турции будет снижаться по мере успехов (России в Сирии)».

Проект бюджета Госдепартамента и Агентства по международному развитию на 2017 год

Не менее важными механизмами осуществления внешней политики США, хотя и не столь обсуждаемыми, как Пентагон, являются два других министерства: Госдепартамент и Агентство по международному развитию (USAID). Оглашенный 9 февраля проект бюджета отражает приоритеты невоенного аспекта американского внешнеполитического планирования.

На 2017 год оба министерства в сумме запросили 50,1 млрд долл. (1% федерального бюджета), что примерно соответствует уровню предыдущего года (52,7 млрд. долл.). Незначительное снижение представители министерств объяснили оставшимися с прошлого года неизрасходованными средствами, сокращением затрат на техническое обеспечение, а также урезанием расходов на членство в международных организациях. Последнее является следствием «оценки ООН своего бюджета и бюджета миротворческих операций» и ни в коем случае «не означает стремления снизить качество работы (американской) миссии (при ООН) и участия в операциях».

Что касается региональных приоритетов, в 2017 году заметно возрастает финансирование латиноамериканского направления, где, помимо затрат на функционирование нового посольства в Гаване, деньги пойдут на устранение причин миграции – довольно болезненный вопрос во внутренней политике США. Несмотря на такую динамику, директор техасского Центра по работе с беженцами и иммигрантами Джонатан Райен заметил:

«Мы наблюдаем хотя бы частичное осознание правительством того факта, что истоки проблемы беженцев находятся за пределами нашей страны. Однако они по-прежнему предпочитают рассматривать этот вопрос в рамках проблемы защиты границ США».

При этом Вашингтон планирует заметно сократить средства на прием сирийских беженцев (с 3 млрд долл. в 2016 г. до 923 млн в 2017 г.). Представители министерств объяснили такую динамику тем, что в 2015 г. состоялся пик волны, для чего уже было выделено достаточное количество средств, которых должно хватить для реализации программы по приему беженцев по мере снижения их притока.

Вслед за четырехкратным увеличением финансирования европейского направления в оборонном бюджете произойдет соответствующее увеличение данной статьи в бюджете Госдепартамента и Агентства по международному развитию. Помимо предоставления кредитов Украине (они рассматриваются и одобряются Конгрессом отдельно), американские расходы на «противостояние российской агрессии» возрастут до почти 1 млрд долл. (c примерно 200 млн долл. в 2016 г.). Помимо Украины, данные средства предназначается Грузии, Молдове, а также странам Центральной Азии. Противостоять России США планируют посредством распространения объективной информации, искоренения коррупции, усиления гражданского общества, укрепления энергетической независимости и экономической диверсификации.

Финансирование АТР сохранится на прежнем уровне (1,5 млрд долл.), где среди приоритетов значатся реализация договора по Транстихоокеанскому партнерству (пока что не вступившего в силу), а также налаживание «конструктивных отношений с Китаем». Другим направлением, обозначенным в числе основных, однако не получившим роста финансирования является борьба с ИГ (4,1 млрд долл.). Здесь средства предназначаются на стабилизацию освобожденных территорий, дискредитацию пропаганды, поддержку политического процесса по Сирии.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Региональные риски»

6 июля 2015 | 11:23

Миграционный кризис в повестке дня Евросоюза

Страны ЕС, не попавшие под прямой удар миграционного кризиса, не видят смысла в унификации миграционной политики, которая подразумевает передачу значительных полномочий Брюсселю. Пока еврозону лихорадит от финансовых проблем Греции, расходы на обеспечение внешней политики и ее последствий для них – непозволительная роскошь. Реагирование в режиме ad hoc дает больше пространства для маневра.

8 мая 2014 | 18:03

Результаты московского саммита для Украины

Россия заинтересована в том, чтобы президентские выборы в Украине состоялись. Москва хочет получить легитимных переговорных партнеров в Киеве, которых временно нет. В противном случае все коммуникации украинских властей окажутся замкнуты на Запад и именно там будет писаться украинская история.

5 января 2016 | 21:45

Позиция России в Саудовско-Иранском споре

Истекают вторые сутки с момента разрыва дипломатических отношений между Саудовской Аравией и Ираном, последовавшего за казнью в королевстве влиятельного шиитского проповедника и антисаудовскими выступлениями в Исламской республике. За ситуацией напряженно следят из многих столиц, но не всем нужно определяться по отношению к ней так же тщательно, как Москве.

29 февраля 2016 | 20:00

Значение Кадырова и чеченской модели для российской региональной политики

Глава Чеченской республики регулярно сам создает информационные поводы или активно использует те или иные события для собственной политической «раскрутки». Его экстравагантные заявления уже стали привычным делом. Большинство их них провоцируют острые дискуссии, выходящие за рамки исключительно кавказской тематики.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
23 января 2015 | 18:00
20 января 2015 | 15:00
28 декабря 2014 | 00:33
26 декабря 2014 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
17 декабря 2014 | 20:00
12 декабря 2014 | 14:00
17 ноября 2014 | 09:00
Следующая Предыдущая

Оставьте свой e-mail для получения бесплатных материалов

 
Получить доступ к бесплатным материалам
Не показывать снова
Авторизация
Этот материал доступен для премиум-подписчиков.
Пожалуйста, войдите на сайт с помощью кнопки в правом верхнем углу.