Агентство "Внешняя политика"
Снятие американского эмбарго на поставку вооружений во Вьетнам завершило двадцатилетний процесс нормализации отношений, что, тем не менее, вызвало недовольство среди правозащитников и китайских СМИ. Исторический визит Барака Обамы в Хиросиму является необходимым дипломатическим шагом на фоне недовольства местного населения по поводу американской базы в Окинаве. Попытки спикера сделать процесс принятия бюджета более своевременным и открытым привели к неразберихе, с которой он пообещал разобраться сразу по возвращении Конгресса после недельных каникул.
ПРЕМИУМ
27 мая 2016 | 23:00

Дайджест внешней политики США за неделю (20-26 мая)

1. Снятие американского эмбарго на поставку вооружений во Вьетнам завершило двадцатилетний процесс нормализации отношений, что, тем не менее, вызвало недовольство среди правозащитников и китайских СМИ.

2. Исторический визит Барака Обамы в Хиросиму является необходимым дипломатическим шагом на фоне недовольства местного населения по поводу американской базы в Окинаве.

3. Попытки спикера Пола Райана сделать процесс принятия бюджета более своевременным и открытым привели к неразберихе, с которой он пообещал разобраться сразу по возвращении Конгресса после недельных каникул.

 

Снятие эмбарго на поставку вооружений во Вьетнам

На прошедшей неделе Барак Обама совершил десятый официальный визит в Азию в качестве президента США. С 23 по 25 мая он находился во Вьетнаме, где завершил процесс налаживания отношений с еще одним недемократическим режимом. Начало данному процессу положил еще президент Билл Клинтон в 1995 году, установив с Вьетнамом дипломатические отношения. Однако, помимо визитов американских президентов в эту страну в 2000 и 2006 годах, двусторонние отношения фактически не развивались до 2013 года, когда было заключено соглашение о всеобъемлющем партнерстве. Вскоре после этого были разрешены ограниченные поставки вооружений, а Вьетнам стал одним из участников Транс-тихоокеанского партнерства.

Наконец, финальная точка была поставлена в понедельник, когда Обама объявил о полном снятии эмбарго:

«Вьетнам полностью одобряет решение США отменить запрет на продажу летальных вооружений, что является однозначным признаком окончания процесса нормализации отношений».

Данный шаг, по мнению Скотта Уоррена Гарольда, заместителя директора Центра по азиатско-тихоокеанской политике, преследует две цели. Во-первых, он укрепит позиции Вьетнама в Южно-Китайском море:

«Традиционно военные силы большинства стран Юго-восточной Азии, включая Вьетнам, имеют перекос в сторону сухопутных войск. Это означает, что у них отсутствует современное оборудование по мониторингу водного и воздушного пространства. Из этого можно сделать вывод, что США в первую очередь поставят Вьетнаму суда, прибрежные радары, а также установки по сбору информации, слежению и распознаванию, что позволит Ханою составить лучшее представление о том, что происходит в районах, на которые он претендует».

Во-вторых, продолжает эксперт, этот шаг гарантирует, что окрепший в военном плане Вьетнам будет вписан в архитектуру безопасности США:

«Соединенные Штаты обычно стараются не просто получить прибыль от продажи вооружений, но воспользоваться этим для установления длительных отношений в области безопасности, что подразумевает последующую продажу запасных частей, проведение ремонтных работ, а также программы по обучению, обмену опытом и совместные учения. Даже если все начнется с единичных контрактов, со временем это может привести к более глубоким отношениям».

Вполне ожидаемо, данный шаг вызвал недовольство, с одной стороны, правозащитных организаций, с другой – Китая. Первые раскритиковали нежелание Вашингтона связывать развитие двусторонних отношений с гражданскими правами населения страны, как это делали предшествующие администрации. Однако, как и в случае с Кубой, Белый дом устами Бена Родза заявил, что у США «будет больше рычагов для продвижения прав человека в условиях политики вовлечения». При этом, Барак Обама поспешил заверить, что, «как и в случае со всеми партнерами (США) в области обороны, продажи вооружений будут происходить в строгом соответствии с законом, включая требование о соблюдении прав человека».

Пекин, в свою очередь, отреагировал не столь однозначно. На официальном уровне китайский МИД положительно отозвался о желании Вьетнама «развивать нормальные отношения с любой страной, включая США», если «они приведут к укреплению стабильности региона». Однако статьи в официальных китайских СМИ были полны негодования.

«Обама говорит, что данный шаг не направлен против Китая, но это откровенная ложь, - говорилось на первой полосе газеты «Глобал Таймз», - Более того, (Белый дом) пытается воспользоваться Вьетнамом для эскалации обстановки в Южно-Китайском море».

И Обама, и Джон Керри во время визита, и правда, не раз повторили свою традиционную мантру, что тихоокеанская политика США не направлена против кого бы то ни было, однако громкими овациями вьетнамцы встретили другую фразу американского президента:

«Вне зависимости от размеров государства, необходимо уважать его суверенитет. Большие государства не должны обижать маленьких».

Противоречия вокруг американской базы в Окинаве

Однако полная нормализация отношений с Вьетнамом является не единственным прорывным моментом поездки Барака Обамы в регион. Направившись после этого в Японию для участия в саммите «Группы семи», он станет первым действующим американским президентом, посетившим Хиросиму после того, как 6 августа 1945 года на этот город была сброшена американская атомная бомба.

Этот глубоко символический дипломатический жест, тем не менее, остановит США и Японию в шаге от преодоления оставшегося неприятного осадка со времен Второй мировой войны.

Белый дом предупредил, что извиняться президент не планирует, а японский премьер-министр, изобразив данный шаг как доказательство необходимости укрепления режима нераспространения, отметил, что не собирается совершать ответный визит на Перл-Харбор – военную базу США на Гавайях, которая подверглась нападению со стороны Японии 7 декабря 1941 года.

Несмотря на это, данный визит, в первую очередь, необходим США для разрешения давно тянущегося спора вокруг американской базы в Окинаве. В то время как центральное правительство Японии поддерживает расположение базы на острове, местное население не только не забыло ожесточенные боевые действия, развернувшиеся как раз в этом районе, но и полагает, что американский контингент, насчитывающий совокупно около 53 тысяч человек (солдаты, их семьи и обслуживающий персонал), негативно сказывается на уровне преступности, окружающей среде и уровне шума. Кроме этого, местные власти утверждают, что бремя военного союза с США несправедливо ложится на бюджет префектуры: в Окинаве, занимающей менее 1% территории страны, находится около 25% сооружений, используемых американскими военными, и около половины размещенного в Японии американского персонала. Данная диспропорциональность объясняется географическим расположением Окинавы: она (примерно) равноудалена от Пекина, Пхеньяна, Сеула, Токио и Манилы, находится вблизи Тайваня, а также «запирает» вход в Восточно-Китайское и Желтое моря со стороны Тихого океана.

Недовольство местного населения периодически подогревается преступлениями, совершаемыми обитателями базы. После подобного инцидента в 1995 году, что вызвало массовые демонстрации местных жителей, требовавших полного закрытия базы, было принято решение о переносе базы в менее населенные районы острова. С тех пор США ввели на базе комендантский час, организовали обязательные курсы по местным традициям, запретили употребление алкоголя вне базы, что, тем не менее, не предотвратило нового преступления – непосредственно накануне визита Обамы.

Несмотря на слова соболезнования, неоднократно прозвучавшие из уст американского руководства, на прошлой неделе в Окинаве вновь вспыхнули массовые демонстрации, а в среду премьер-министр Японии Синдзо Абэ начал совместную пресс-конференцию с прямого обвинения:

«В самом начале нашего обсуждения я, как премьер-министр Японии, выразил официальный протест президенту Обаме в отношении недавнего инцидента в Окинаве. Далее весь наш разговор свелся к обсуждению этого происшествия в Окинаве. Меня до глубины души возмутило это эгоистичное и отвратительное преступление. Этот случай шокировал не только Окинаву, но и всю Японию. Я сказал президенту, что необходимо серьезно отнестись к тому, что сегодня чувствует население Японии. Перенос базы США будет невозможен без учета настроений населения Окинавы».

Барак Обама, в свою очередь, в ответном слове попытался сместить акценты, заметив, что помимо «трагедии в Окинаве», они все-таки успели обсудить широкий спектр региональных (в частности Северную Корею и Южно-Китайское море) и глобальных (проблема ближневосточных беженцев и защита окружающей среды) вопросов.

Между тем, в случае победы Дональда Трампа вопрос о переносе базы может отпасть сам собой: кандидат от республиканской армии предлагает переложить содержание американской армии полностью на плечи Токио, а в случае несогласия – вывести американские войска, предоставив Японии самой отвечать за собственную безопасность.

Дебаты по бюджету в Конгрессе

После того как на этой неделе в очередной раз зашли в тупик дебаты по отдельным статьям бюджета, спикер Палаты представителей Пол Райан не исключил, что пересмотрит свой подход к законодательному процессу. Здесь речь идет о процедуре принятия бюджета: он может приниматься либо в «регулярном порядке» (regular order), согласно которому каждая статья отдельно обсуждается в палатах Конгресса, либо единым пакетом (omnibus bill). Первый вариант намного более трудоемкий и длительный, зато дает конгрессменам больше возможности влиять на законопроекты. Второй, ставший уже обычной практикой в условиях цейтнота на грани бюджетного коллапса, предполагает более быстрый, но и более централизованный законодательный процесс. Например, в 2015 году проект бюджета был согласован на встрече лидеров обеих палат с представителями Белого дома, прошедшей за закрытыми дверями (что вызвало массу критики в связи с непрозрачностью процедуры).

При вступлении на должность спикер Райан пообещал положить конец «этим мега-законопроектам, принимаемым в последние минуты», и вернуть «нормальный процесс, при котором каждый конгрессмен сможет сказать свое слово в написании законопроекта посредством внесения поправок». На практике же это привело к тому, что конгрессмены начали пользоваться этим для продвижения собственной повестки дня, что сделало эти законопроекты непроходными. Так, например, законопроект по оборонному бюджету сегодня насчитывает более 170 поправок, касающихся среди прочего таких противоречивых вопросов, как закрытие тюрьмы в Гуантанамо и санкции против Ирана.

Помимо огромного количества поправок проявилась и другая тенденция: конгрессмены пытаются прикрепить одни и те же поправки к разным законопроектам.

Например, поправка о правах ЛГБТ (демократы решительно настроены на превращение президентского указа по этой проблеме в закон) уже вторую неделю кочует из одного законопроекта в другой, благополучно срывая их принятие. При этом демократы даже не скрывают, что делают это для того, чтобы внести раскол в ряды республиканцев и, как следствие, подорвать шансы их кандидата на победу в ноябре.

«Демократы получили отличную возможность заставить республиканцев публично высказаться по спорным вопросам, в результате чего умеренная часть электората просто от них отвернется, - заявил в интервью газете «Вашингтон Пост» член палаты представителей демократ из Нью-Йорка Стив Израэль. – И мы собираемся ей пользоваться каждый раз, когда такие спорные вопросы будут возникать».

В результате этого в четверг Пол Райан, не отказываясь от своего изначального намерения сделать «как лучше», заявил, что после недельных каникул всерьез займется оптимизацией бюджетного процесса, чтобы не получилось «как всегда»:

«Когда мы вернемся, мы планируем собраться с членами партии, чтобы решить, каким образом нам необходимо действовать, чтобы гарантировать бесперебойный процесс принятия бюджета. Когда я стал спикером, я пообещал сделать этот процесс более открытым. Это означает больше поправок от обеих партий. Это означает более непредсказуемые результаты, и, да, больше неразберихи».

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Политика»

2 декабря 2015 | 20:00

Проблема признания отделившихся регионов Грузии: Опасное слово "федерализм"

В результате вместо делегирования суверенитета появляется феномен де-факто государственности, с которым в «материнских государствах» толком не знают, что делать. Пойти на «развод» нельзя в силу внутриполитических ограничителей, но и вернуть невозможно в силу отсутствие интеграционного потенциала. Ведь в случае с Грузией и Абхазией пришлось бы говорить не столько о «восстановлении юрисдикции» Тбилиси, сколько об ее «установлении». Но для такого установления нет ни внешних ресурсов, ни рычагов влияния внутри абхазского общества, то есть цели для «примирения и гражданского равноправия».

23 октября 2014 | 00:42

Алжирский прагматизм на фоне региональной борьбы с исламистским экстремизмом

Главным качеством, характеризующим внешнюю политику Алжира, является прагматизм, проявляющийся во всех сферах – от экономики до безопасности, от газового экспорта до отношений с исламистами – и преследующий цель обеспечения стабильности и самостоятельности государства и ограничения внешнего вмешательства. Это качество сегодня позволяет алжирскому руководству ограничить влияние охвативших весь регион разрушительных последствий «арабской весны» в лице активизации разнородных исламистов.

22 декабря 2017 | 11:09

Дайджест внешней политики США (15-21 декабря)

Новая стратегия национальной безопасности США провозглашает возвращение «феномена противостояния великих держав», и прокладывает курс на подготовку страны к глобальной конкуренции. Администрация Трампа всерьез взялась за глобальную борьбу с коррупционерами и нарушителями прав человека. Первый визит Тиллерсона в Канаду в качестве госсекретаря был посвящен координации действий в вопросах Северной Кореи и поставки летальных вооружений Украине.

27 января 2016 | 19:05

Обзор внешней политики России за неделю (18-25 января)

На этой неделе основное внимание было приковано к Давосскому экономическому форуму, делегация России на котором оказалась на удивление не представительной. В своей внешней политике Москва все чаще демонстрирует большую готовность к развитию двустороннего формата взаимоотношений с партнёрами, нежели к участию в многосторонних политических процессах. Это продемонстрировала и недавняя встреча двух лидеров российской и американской дипломатии в Цюрихе, а также визит эмира Катара Тамима аль-Тани в Москву.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Этот материал является частью нескольких досье
Досье
23 января 2015 | 18:00
20 января 2015 | 15:00
28 декабря 2014 | 00:33
26 декабря 2014 | 15:00
22 декабря 2014 | 23:01
17 декабря 2014 | 20:00
12 декабря 2014 | 14:00
17 ноября 2014 | 09:00
26 декабря 2014 | 09:00
17 ноября 2014 | 09:00
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова