Татьяна Тюкаева
ИГ, вложившему столько усилий и средств в создание своего образа всесильной, вездесущей, авторитетной, внушающей страх структуры, выгодны подобного рода теракты с обширной географией охвата, так как они усиливают влияние Халифата не только в регионе, но и в мире. При этом необязательно ИГ выступать непосредственным спонсором и организатором этих терактов, достаточно просто разместить призыв «бороться с неверными» в своих СМИ – а его авторитет, завоеванный на полях сражений в Ираке и Сирии и уже привлекший поддержку многих исламистских организаций и отдельных фанатиков, сделает свое дело.
ПРЕМИУМ
9 июля 2015 | 22:48

Ближневосточное досье: теракты в Тунисе и Кувейте в июне 2015

1. Произошедшие 26 июня теракты во Франции, Тунисе и Кувейте, за которые ответственность взяло на себя Исламское государство, различались по характеру и по последствиям. Все они заставили руководства государств усилить меры безопасности, хотя до сих пор эти усилия не стали гарантией против повторения терактов.

2. Тунисский теракт стал вторым за последние 4 месяца нападением на туристов и очередным ударом по туристической отрасли экономики страны. В Кувейте теракт в шиитской мечети продолжил серию нападений на шиитское меньшинство в странах Залива, участившихся в последние полгода.

3. Теракты объединяет общая цель международного терроризма – создание паники для утверждения ИГ собственного авторитета и привлечения новых рекрутов. При этом, ИГ не имело непосредственного отношения к организации терактов, которые были совершены фанатиками-одиночками.

 

Три теракта в течение трех часов произошли 26 июня: на принадлежащем американской компании «Эйр Продактс» химзаводе в городе Сан-Кантен-Фалавье возле Гренобля во Франции, на пляже в туристической зоне Туниса в Сусе и в шиитской мечети Кувейта. В первом случае была попытка взрыва завода со стороны одного из работников, под флагом Исламского государства (ИГ) врезавшегося в контейнер с газом, в результате чего один человек погиб и еще несколько пострадали. Также были обнаружены голова и тело его работодателя, исписанные словами на арабском языке. Сообщается, что непосредственно перед индицентом нападавший сделал свою фотографию с отрезанной головой и отправил ее на номер, зарегистрированный в Северной Америке. Надежные источники сообщают о том, что теракт по своим целям более напоминает стиль Аль-Каиды, которая, в отличие от ИГ, главной целью своей деятельности считает Запад. Более того, нападающий, по данным французской полиции, ассоциировался именно с Аль-Каидой и находился под наблюдением в 2006-2008 гг.

Во втором случае 24-летний студент магистратуры Кайруанского университета на тунисском пляже начал расстреливать находящихся на нем туристов. В результате было убито 38 человек и 39 человек ранено, в том числе и сам нападавший. Ответственность за нападение через день взяло на себя ИГ. Власти заявили о множестве арестов подозреваемых в помощи подготовки нападения. Однако еще большей трагедией для Туниса стала массовая эвакуация тысячи туристов после теракта: европейские страны призывают своих граждан покинуть южно-средиземноморскую страну, а туроператоры предлагают своим клиентам обменять или вернуть купленные туры. Министр туризма Туниса Сальма Луми заявила о катастрофических последствиях для экономики.

Туризм является одним из важнейших секторов тунисской экономики. За прошлый год его вклад в ВВП составил около 15%, кроме того, туризм обеспечивает основную долю валютных доходов и значительное число рабочих мест (больше дает только сельскохозяйственный сектор). Едва восстановившись после «арабской весны», надолго отпугнувшей туристов, тунисская экономика с начала года терпит очередной удар, причем в начале отпускного сезона, – это уже второй теракт против туристов. Первый был в марте в музее Бардо, в результате которого было убито 22 иностранца.

Реакцией тунисского правительства на мартовский теракт стала реформа силовых ведомств: увеличение полномочий созданного в 2014 году Агентства по безопасности министерства обороны, увеличение его штата и постановка главной его задачи – сбор данных о действующих на территории страны исламистских группировок, чистка министерства внутренних дел, укрепление сотрудничества со спецслужбами Алжира, США и Франции, а также закупка военной техники. При этом с учетом слабости тунисской экономики рост расходов на оборону неизбежно связан с льготами и кредитами со стороны основных поставщиков оборудования – Вашингтона и Парижа. От США ожидается дополнительная помощь в сфере безопасности в рамках недавно предоставленного Тунису статуса «основного союзника США вне НАТО».

Начатые преобразования пока не принесли ожидаемых результатов: исламистские группировки, в том числе ассоциирующие себя с ИГ, продолжают действовать на территории Туниса. После теракта 26 июня власти объявили о новых мерах безопасности, в первую очередь касающихся охраны туристических мест. В частности, министр внутренних дел страны Наджем Гарсалли заявил о размещении вооруженных групп полиции на пляжах, в отелях и популярных среди туристов местах. Кроме того, всем тунисцам мужского пола младше 35 лет запретили выезд на территорию Ливии. Также премьер-министр Туниса Хабиб Есид сообщил, что в ближайшую неделю будут закрыты 80 мечетей, которые не контролируются государством, за «пропаганду насилия», а также будет прекращена деятельность всех организаций с неоднозначными источниками финансирования и подозреваемых в связях с радикальными группировками.

Однако это едва ли вернет туристов в страну. Любые меры, которые предпримет правительство для укрепления безопасности в стране, будут временными – пока на южной границе продолжается хаос внутриливийской войны, в которой одна из основных ролей принадлежит исламистским группировкам различного толка.

В третьем случае, теракт был совершен террористом-смертником, взорвавшим шиитскую мечеть в Кувейте во время пятничной молитвы. Жертвами стали 27 человек убитых и более 200 раненых. В тот же день ИГ разместило сообщение в Твиттере о том, что имя нападавшего было Абу Сулейман аль-Муахид (предполагается, что это его псевдоним) и что целью теракта был «храм отвергающих», как называет ИГ мусульман-шиитов. Позже, кувейтские власти сообщили о том, что террорист был саудовским гражданином по имени Фахд Сулейман Абдульмохсен аль-Габбаа, прибывшим в Кувейт утром в день происшествия. Сообщается о том, что задержаны водитель, который довез террориста до мечети, и владелец дома, где он останавливался. Генеральный секретарь ССАГПЗ Абдуллатиф бин Рашид аль-Зайяни заявил, что теракт в кувейтской шиитской мечети – это «ужасающее преступление» против «ценностей ислама».

Взрыв стал наиболее ужасным терактом для Кувейта – однако уже не первым терактом в шиитских мечетях региона (с осени прошлого года атаки происходили в шиитских районах Саудовской Аравии и в Йемене). Очевидно, что их главной задачей является провоцирование межконфессиональной вражды между суннитами и шиитами. Согласно одной из версий, за серией этих терактов стоят хуситы, с которыми Саудовская Аравия ведет войну в Йемене и которые стремятся перенести линию фронта с йеменской – на саудовскую территорию. При этом отмечается, что в отличие от соседних монархий шиитское меньшинство Кувейта, которое составляет около 30% населения, гораздо больше интегрировано в общество и принимает участие в социальной и даже политической жизни страны. Как заявил спикер кувейтского парламента Марзук аль-Ганим, говоря о сотнях людей, собравшихся 28 июня в знак памяти о пострадавших:

«Такое большое число собравшихся сегодня скорбящих показывает, что кувейтское общество отрицает разделение и межконфессиональную рознь. Теракт, который должен был посеять семена вражды среди населения нашей страны, не выполнил своей задачи».

Согласно другой точке зрения, которая подразумевает, что теракт все же был совершен ИГ, как и было им заявлено, главной проблемой Кувейта является «отсутствие демократии», что создает плодотворную почву для радикализации социальных групп. Между тем, более логичным объяснением здесь представляется недостаточно эффективные меры борьбы с финансированием кувейтскими частными фондами исламистских радикальных организаций, действующих как в регионе (в частности, в Сирии), так и за его пределами. После скандала с обвинением Кувейта в спонсировании терроризма со стороны США и принятия кувейтскими властями соответствующего законодательства ситуация практически не изменилась: фонды, подозреваемые в финансировании экстремистских группировок, никак напрямую не подчиняются государству, которое, в свою очередь, осознает, что наживать себе врагов в лице своих влиятельных граждан, связанных террористическими сетями, - опасно.

Реакцией на антишиитский теракт, как и следовало ожидать, стали меры по укреплению безопасности, причем не только непосредственно в Кувейте, но и в соседних монархиях Залива. В первую очередь – в Бахрейне, где шииты составляют около 80% населения и где нередки их столкновения с полицией. Так, бахрейнское министерство внутренних дел 28 июня заявило о принятии мер по укреплению безопасности мечетей, что особенно актуально в связи с тем, что в Твиттере появилось заявление представителя ИГ о том, что следующий теракт произойдет в Бахрейне 3 июля, чего, впрочем, не случилось.

Существует мнение, что все три теракта были звеньями одной цепи и скоординированы ИГ, которое отмечает год с момента провозглашения Абу Бакром аль-Багдади Халифата. Такую точку зрения, в частности, выразил Теодор Карасик, специалист по региону, базирующийся в Заливе. Он указал на то, что за несколько дней до терактов ИГ в лице Абу Мухаммеда аль-Аднани обратилось к своим сторонникам с призывом «атаковать везде, где можно» в ходе священного для мусульман месяца Рамадан, который начался 18 июня. При этом Карасик отмечает, что в призыве географические рамки не были установлены, поэтому можно ожидать новых терактов в любой точке планеты.

Другую точку зрения высказывает Гарри Хагопян, указывающий на то, что главным оружием современных террористических организаций является сеть интернет, через которую ее лидеры напрямую могут общаться с людьми и не только привлекать сторонников, но и выступать с призывами, которые те на волне энтузиазма будут выполнять. И теракты 26 июня были совершены именно такими «одинокими волками», откликнувшимися на пропаганду ИГ.

ИГ, вложившему столько усилий и средств в создание своего образа всесильной, вездесущей, авторитетной, внушающей страх структуры, выгодны подобного рода теракты с обширной географией охвата, так как они усиливают влияние Халифата не только в регионе, но и в мире.

При этом необязательно ИГ выступать непосредственным спонсором и организатором этих терактов, достаточно просто разместить призыв «бороться с неверными» в своих СМИ – а его авторитет, завоеванный на полях сражений в Ираке и Сирии и уже привлекший поддержку многих исламистских организаций и отдельных фанатиков, сделает свое дело.

ЧИТАТЬ ЕЩЕ ПО ТЕМЕ «Безопасность»

10 ноября 2015 | 01:00

Война версий: Почему российские власти не спешат заявлять о теракте над Синаем

8 ноября Владимир Путин подписал указ «Об отдельных мерах по обеспечению национальной безопасности Российской Федерации и защите граждан Российской Федерации от преступных и иных противоправных действий». Согласно этому документу, российским авиакомпаниям временно запрещается перевозить пассажиров в Египет, а туристическим компаниям — продавать путевки по этому направлению.

30 ноября 2016 | 19:46

Заявления Эрдогана остаются элементом политического торга

29 ноября президент Турции Реджеп Эрдоган заявил, что решение о начале военной операции в Сирии было принято, чтобы положить конец руководству Башара Асада. Несмотря на нервную реакцию российских СМИ, риторика турецкого лидера является не более чем элементом торга за выгодные переговорные позиции. Москва и Анкара должны соотнести свои интересы в Сирии и на Ближнем Востоке, чтобы избежать повторения потенциально взрывоопасных ситуаций, имевших место в недавнем прошлом.

2 декабря 2014 | 11:04

Урегулирование Дарфурского конфликта вновь отложено

Боевые столкновения в Дарфуре стали результатом борьбы за водные и территориальные ресурсы в регионе между представителями арабизированных и негроидных племен, а затем усугубились в связи с подъемом этнического самосознания последних. Стремление неарабизированных регионов к самостоятельности натолкнулось на сопротивление Хартума.

13 сентября 2016 | 23:23

Политические мотивы военного экспорта ФРГ

В конце августа 2016 года Литва подписала самый крупный в своей истории военный контракт на покупку 88-ми немецких бронетранспортеров «Boxer». Очередной успех немецких оружейников, потеснивших конкурентов из США, закрепил лидерство ФРГ в обеспечении перевооружения литовской армии. Усиление восточных рубежей НАТО открывает германской военной промышленности новые перспективы для наращивания экспорта.

Дайте нам знать, что Вы думаете об этом

Досье
Следующая Предыдущая
 
Подпишитесь на нашу рассылку
Не показывать снова